Некто Рвинский

– Не знаю, возможно, в будущем.

– Вы хотите сказать, что мы спим? Нам это снится?

– Теперь я уже ни в чём не уверен. Может быть, это вы спите, а я, наоборот, проснулся, – растерянно произнёс я.

Капитан ещё раз критически оглядел себя. Одет он был в пятнистый костюм с разводами и обувь для горной местности.

– Кстати, а вот и наши вещи, – я показал на два объёмистых рюкзака на краю поляны.

Капитан с удивлением принялся копаться внутри, извлекая незнакомые для него предметы одежды и туристического инвентаря.

– Андрей Георгиевич, вы подозрительно уверены для человека, потерявшего память, – сказал он, рассматривая в руках газовую горелку.

Я пожал плечами, не рассказывать же, в самом деле, всю историю.

– Бывают на свете чудеса, – капитан удивлённо покачал головой. – Как вы думаете, что с нами происходит?

– Предполагать можно всё, что угодно, – неохотно сказал я, всё ещё находясь под впечатлением от случившегося, – только от этого ничего не изменится.

– Ладно, – закрыл он рюкзак.

 – Пора выходить в люди. Сон это или нет, мы не знаем, поэтому будем жить дальше, исходя из новых условий.

Капитан на удивление быстро адаптировался к новой ситуации. Насвистывая весёлую мелодию и бодро поглядывая вокруг, он неторопливо ходил по поляне. Я же всё ещё пребывал в состоянии недоумения от такого поворота событий.

На всякий случай, я решил применить старый способ определения реальности происходящего. Положив палец на толстый сук, я несильно, но чувствительно ударил по нему камнем.

Результат был ожидаем: взвыв от боли, я принялся трясти рукой и глухо стонать. Про такие сны я не слышал, хотя кто знает.

– Поручик, что вы там экспериментируете? Вы бы ещё головой о дерево попробовали приложиться с разбегу, пора идти.

В атмосфере было тихо и спокойно. Солнце поднялось над верхушками деревьев, постепенно нагревая землю, и глубокая синева неба радовала глаз. Вдалеке тянулась волнистая линия незнакомых гор, покрытых яркой зеленью, а вокруг нашей поляны был лиственный лес.

Надев рюкзаки, мы углубились в чащу. Я шёл впереди, отгибая рукой крупные ветки. Ноги скользили по влажной траве, не успевшей просохнуть от утренней росы, поэтому приходилось аккуратнее делать каждый шаг и внимательно смотреть вниз, чтобы не провалиться во множество мелких ямок, неизвестно откуда взявшихся здесь.

Но вот в просвете леса показалась пологая сопка. Мы подошли к ней и наткнулись на старую тропу, ведущую наверх и основательно заросшую травой.