Некто Рвинский

Лёгкая досада заставила опуститься уголки красивых губ, и в глазах мелькнула непонятная грусть.

Сначала меня немного отвлекали босые ступни над головой, однако в целом обстановка была вполне комфортной для просвещения. Вскоре, ноги исчезли, и вместо них появилось сонное лицо, пристально рассматривающее красивые иллюстрации.

Книга оказалась довольно интересной, но, хотя сам подход нравился мне, некоторые моменты вызывали сомнение.

– Спасибо! У вас есть другие работы этого автора? – с сожалением перевернул я последнюю страницу.

– Мы уже подъезжаем, – улыбнулась женщина.

За окном были знакомые картины моего родного города. Время летит незаметно, когда что-то делаешь с увлечением.

Погружённый в приятные размышления, я поблагодарил за необычную литературу и направился к выходу, где, неожиданно, выяснилось, что платформы для нашего вагона не хватило. Нужно было спускаться по лестнице, а затем мужественно прыгать вниз, надеясь не ударить лицом в грязь.

После ночного дождя, вокруг заманчиво блестели на солнце большие лужи.

К моему удивлению, сила гравитации оказалась необычайно сильной. Я буквально свалился на мокрую землю, не сумев устоять на ногах, а моя новая сумка бесследно исчезла в густых зарослях крапивы на обочине.

– Счастливого пути! – молодая девушка весело помахала мне рукой из открытых дверей набирающего ход поезда.

Дома пришлось заниматься разными делами, накопившимися за время отсутствия, поэтому о книгах я вспомнил, только через неделю.

Рядом находился небольшой магазин, где мне посоветовали обратиться к разделу эзотерики и психологии.

Суровые воины-маги невозмутимо смотрели с обложек книг, заставляя учащённо биться сердце. Загадочные мудрецы провожали молчаливым взором. Психологи обещали решить любые вопросы, а самые умные заявляли, что все проблемы в моей голове.

Я стал часто заходить сюда, чтобы посмотреть новинки литературы. Ненасытный ум постоянно требовал информации, и мне даже пришлось купить отдельный шкаф.

Старых полочек давно не хватало, и книги лежали в самых неподходящих местах.

Нельзя сказать, что моё состояние стало другим. Я по-прежнему чувствовал не слишком уютно, и необъяснимая тоска, порой, напоминала о себе, однако что-то неуловимо изменилось.

Однажды, я смотрел телевизионную передачу о Далвейском озере, красивые пейзажи, которого показались мне странно знакомыми.