Глаза Гейзенберга

 – Так что мы позволим натийкам продолжать – только внесем два небольших изменения.

– Никаких изменений, – отрезала Полли.

– Выходит, вы не поняли, в чем суть урока о наконечнике и рукояти косы, – сказал Орн.

– А ты не понял, в чем суть реальной политической власти, – парировала она. – Сдается мне, Льюис, вам нечем крыть. У вас есть я, но вы ничего из меня не вытянете. Наша организация сможет функционировать и без меня. Вы не посмеете разоблачить нас. Это дискредитирует слишком многих важных персон. Все козыри у нас в руках.

– А у нас в руках – коса, – сказал Орн. – За десять дней КИ переловит девяносто процентов вашей организации.

– Вам их не найти! – огрызнулась Полли.

– Каким образом, Лью? – спросил Стетсон.

– Кочевники, – сказал Орн. – Этот дом, в сущности – просто роскошный шатер. Мужчины живут во внешнем круге, женщины – во внутреннем. Их можно вычислить по устройству жилища. Должно быть, этот инстинкт у натийцев в крови.

– Считаешь, этого хватит? – усомнился Спенсер.

– Добавьте сюда любовь к диковинным музыкальным инструментам.

Каитра, барабан, гобой – все это инструменты кочевых народов. Плюс матриархальный семейный строй – необычный для кочевого наследия, но не неслыханный. Присмотритесь к политическим карьерам тех, кого привели к власти жены. Если мы кого-то и упустим, то немногих.

Полли уставилась на него, раскрыв рот.

– Что-то я не поспеваю, – сказал Спенсер. – Но точно знаю одно. Для меня главное – не допустить новой Рубежной войны. И если мне придется посадить всех до еди…

– Через час после того, как о заговоре станет известно, вы уже будете не в том положении, чтобы кого-то сажать, – сказал Орн.

 – Муж натийки! Вас самого посадят – если раньше не разорвет на части взъяренная толпа.

Спенсер побледнел.

Стетсон кивнул, признавая правоту Орна.

– Хорошо, расскажи нам про рукоять и наконечник, – сказала Полли. – Какой компромисс ты предлагаешь?

– Первое: мы можем наложить вето на любого вашего кандидата, – сказал Орн. – Второе: вы не имеете права занимать более половины высших должностей.

– Кто будет накладывать вето? – спросила Полли.

– Адмирал Спенсер, Стет, я… и любой, кого мы посчитаем достойным доверия.

– Ты что, Богом себя возомнил? – возмутилась Полли.

– Не более чем вы, – ответил Орн. – Я хорошо помню материнские уроки. Нам нужна система сдержек и противовесов. Вы режете пирог, мы первыми выбираем себе кусок. Одна группа мастерит наконечник косы, другая – рукоять.