Глаза Гейзенберга

На одной руке каждый нес под залихватским углом ружье с раструбом, а на левом плече болталась подзорная труба в кожаном чехле. За охотниками семенили их ученики-помощники с трехколесными тачками; оттуда свешивались крохотные болотные олени, пятнистые утки и порджо – змеехвостые грызуны, которых хамаляне считали деликатесом.

В отдаленном устье долины Орн видел темно-красный шпиль корабля КИ, спустившегося на планету в клубах пламени сегодня сразу после рассвета по сигналу его передатчика.

Корабль тоже как будто окутывала сонная дымка – его очертания скрывались в голубом дыму, который исходил от кухонных печей крестьянских домишек, рассыпанных по долине. Красная громада корабля высилась над домами, нелепая на их фоне, словно елочная игрушка, забытая великанами после праздников.

На глазах у Орна один из охотников помешкал, достал трубу и пригляделся к кораблю КИ. Судя по виду, он испытывал лишь легкое любопытство. Такое поведение не вязалось ни с какими ожиданиями; оно просто-напросто ни с чем не вязалось.

Клубы дыма и жаркое желтое солнце, словно сговорившись, придали сельскому пейзажу летний вид – пышная зелень за маревом пастельной жары. По большому счету, сцена была мирная, и глубоко в душе Орна всколыхнулась горечь.

«Проклятье! Плевать мне, что говорят КИ. Я правильно их вызвал. Эти хамаляне что-то скрывают. Никакие они не мирные. Ошибку совершил не я, а тот тупица, который первым вошел с ними в контакт и начал разливаться про то, какое огромное значение мы придаем мирной истории!»

Тут до Орна дошло, что скрип стилуса затих.

Сотрудник КИ прочистил горло.

Орн развернулся и посмотрел в другой конец комнаты.

Агент КИ расположился за грубым столом подле не заправленной постели Орна. По столу перед ним были разбросаны бумаги и папки. На одной из стопок лежало миниатюрное записывающее устройство. КИшник сидел, сгорбившись, на массивном деревянном стуле.

Это был большеголовый долговязый человек со слишком крупными чертами лица, грубой обветренной кожей, растрепанными темными волосами и оплывшими веками.

Они придавали его лицу выражение надменного высокомерия, которое словно было обязательным для всех сотрудников КИ. Агент носил перелатанную синюю полевую форму без знаков отличия. При встрече он представился как Умбо Стетсон, глава оперативников КИ в этом секторе.

«Глава оперативников, – подумал Орн.