Ужасная версия

Я заметил некоторую пренебрежительность в твоем голосе, когда ты упомянула Игоря. И тем не менее, ты назвала его только по имени, а ведь мы одного с ним возраста. И мне бы лично польстило – называй меня такая девушка просто по имени. Это бы значило, что я действительно еще молод и могу быть любим. Знаешь, Юля, а пока давай все-таки пойдем, посидим за столом, как и полагается при встрече. А этот подарок ты, Юля, возьми, – Ромашинский прикрыл ее ладонь с цепочкой своей рукой. – Вот забирай и коробочку…

Антон Янович дождался, пока она молча уложила подарок в коробочку и опустила ее в кармашек светлой юбки.

– Идем-идем, – успокоил его Антон.

– Отличный коньячок, только холостяцкая закуска, – воодушевляясь, заговорил Игорь Николаевич. – Вы уж простите нас, молодая фея! Сегодня и для меня все неожиданно. Но тебе мы найдем даже яблоки!

– А вы, оказывается, совсем и не такой, – вспыхнула Юля, усаживаясь на придвинутый Ромашинским стул и оправляя края юбки.

– А какой же я? – живо отозвался Игорь Николаевич.

– Ну, если откровенно, – Юля поправила челку волос, – мы ведь не за сотни километров друг от друга живем… Видела я вас пьяненьким, слышала из уст кое-что…

– Ааа, – неопределенно протянул Игорь. – Тогда мы сначала выпьем, – заявил он, будто именно от этого действа зависел его ответ на брошенную девушкой реплику.

– Да-да, Юличка, выпьем! – Ромашинский ласково, но лишь на мгновенье заглянул ей в глаза, услужливо протягивая наполненный стакан.

– Господи, Антон Янович! – ужаснулась Юля. – Куда же мне полный стаканище?!

– Да что ты, Юличка! Это ведь не водка. Специалисты утверждают, что это целебнейший напиток. Ты просто смелей!

– Ох, Антон Янович!.. – Юля с решительным видом подняла стакан и, зажмурившись, стала пить, не дожидаясь мужчин и дальнейших уговоров.

Ромашинский положил перед ней яблоко и, залпом опрокинув в себя стакан, с облегчением откинулся на спинку стула. «Уже можно считать, что пройдено полпути», – с удовлетворением подумал он.

– Слушай, Юля! – заговорил Игорь Николаевич. – Ты вот сказала, что слышала там что-то из моих уст, как ты выразилась. Но неужели ты сама такая безупречная что ли, и если услышишь брань, то краснеешь и приходишь в ужас? Люди – они ведь не ангелы.