Гордость и страсть

– Тебе известно, что я не имею привычки совать свой нос в чужие дела, но не стоит ли мне расспросить Люси кое о чем?

Элизабет не видела его лица, но почувствовала удивление, отразившееся на нем.

– Ты просто не задумывался о том, что мне известно, не так ли? Адриан, она моя подруга. А ты мой брат. Мне хочется помочь тебе найти того, кто ответствен за похищение медальона и убийство мистера Найтона. Еще хотелось бы предостеречь Люси от опасности, если таковая действительно ей угрожает.

– Так и есть, – с досадой сказал он, – поверь мне.

Мысли возвратили его к убийце, который унес платок Люси. Какого черта ей понадобилось оказывать знаки внимания подобному человеку? Странное ощущение скрытого предательства будоражило кровь, но он отогнал предчувствия, решительно переключившись на другие мысли.

– Почему ты не расскажешь мне все до конца, чтобы я смогла помочь вам обоим?

Ему бы стоило хранить тайну под замком в глубине души. Она преследовала его по ночам, хотелось избавиться от нее, облегчив сердце.

Забыть о том, что когда-то узнал. Стоит ли посвящать сестру в действительное положение дел? Не станет ли это предательством по отношению к Люси?

– Адриан? – позвала она. – Не разрывай свое сердце из-за этого. Мне кажется, тайны – это тяжелая ноша, которую иногда приходится взваливать на плечи и нести в одиночку.

И тут он заговорил, сам не зная почему. Единственное, в чем он отдавал себе отчет, – ему необходимо найти путь к родственной душе, которая способна понять и способна сопереживать.

– Тот человек, что застрелил Найтона, был как-то связан с Орфеем. Черт, может даже, он и есть этот Орфей, – начал он, возвращаясь воспоминаниями к тому, что произошло несколько недель назад. Тогда медальон, одна из реликвий, которые призваны охранять Братья, исчез и был найден у одного из поклонников нынешней леди Блэк – Найтона.

Орфей прежде входил в организацию масонов – Адриан полностью в этом уверен – и имел полную информацию о Братьях Хранителях. А ведь их существование должно было остаться тайной для непосвященных.

Никто, кроме их троих и членов их семей, не знал об этом. О существовании реликвий тоже никогда не упоминалось. Однако Орфей знал. А вместе с ним и Уэнделл Найтон. Необходимость срочно найти и разоблачить Орфея раздирала Адриана изнутри, не давая покоя, как гноящаяся рана. Он дал присягу, а это ответственность перед поколениями, которым до сих пор удавалось надежно хранить тайну. Все изменилось.