Гэсэр

С ревом бык пестро-синий

Убежал от врага.

Он топтал в котловине

И леса и луга.

Он бежал сквозь кочевья,

Он бежал сквозь тайгу,

Вырывая деревья

И кусты на бегу.

И тропа распоролась

Под бегущим быком,

А неистовый пороз

Гнался вслед за врагом.

Два противника разъярены

И не могут остановиться…

Вот и Западной стороны

Перед ними рубеж-граница.

Здесь увидел обоих быков

Хан-Хурмас, глава смельчаков.

Стал он пороза бить булавой,

И отпрянул горячий бык

С красно-бурою головой:

Повернул красно-бурый бок,

Побежал назад, на Восток.

За быком Хан-Хурмас помчался,

Вот Сэбдэга страна за курганом,—

Там воитель с Атай-Уланом

Неожиданно повстречался.

До поры столкнувшись, до времени

Носом к носу и стремя к стремени,

Друг на друга два божества,

От полдневного часа до темени,

Стали бранные сыпать слова.

Так ругались они, что трава

Тех ругательств не вынесла бремени,

Так ругались они, что сухие

Дерева рассеклись пополам,

Так ругались они, что сырые

Дерева стали падать к ногам.

Перепуталась полночь с рассветом,

Перепутались небыль и быль,

И над миром, в туман одетым,

Поднялась пугливая пыль.

Гром гремел голосами раската,

Вспыхнув, сразу же гасла зарница,

От козы отбились козлята,

И птенцов потеряла птица.

Поостыли два главаря,

Перестали ругаться-браниться

Два небесных верховных царя.

И, поставив коней на приколе,

Где береза белая в поле

Упиралась в сверканье зари,

Сели, ноги скрестив, цари,

Сели друг против друга спокойно,

Разговаривать стали достойно.

Много дней прошло в разговоре,—

До тех пор, что вспенилось море,

До тех пор говорили слова,

Что на голом камне трава

Неожиданно зазеленела,—

А никак не сделают дела,

А никак не свершат раздела

Голубой Срединной страны.

Наконец пойти порешили

Непреложным путем войны

И назначили день похода:

Через год и еще полгода.

Тот, кому суждена победа,

Завладеет страной соседа.