Гэсэр

А среди тридцати и трех

Небожителей-богатырей

Всех важнее и всех смелей

Был могучий Буйдан-Улан.

Был отцом его – Холод-Буран.

Грудь его была широка,

А спина – спина смельчака.

Был он мощным и сильноруким,

Обладал он упругим луком,

В тучах тающею стрелой.

У него был скакун-иноходец,

Что меж небом летел и землей.

А второй из тех силачей

Был грозой для коварных мечей.

Был грозой для громил и задир,

Изумлял он отвагою мир.

То – Бургы-Шумар, чей отец —

Белоликий Заян-мудрец.

Был он с делом битвы знаком,

Был он самым метким стрелком.

Рядом с красной зарей, в вышине,

Над простором земных дорог,

Он скакал на гнедом коне,

Что от выстойки был тонконог.

Третий воин – строг и суров,

Третий воин – страх для врагов.

То был с крепкой костью стрелок,

То был с меткой злостью стрелок,

Чья стрела, как звезда, быстра.

Он скалу превращал в песок,

И, как пыль, рассыпалась гора,

Если гору толкал он ногой.

Был у воина конь лихой,

Масть коня – как сама заря.

Этот воин – Эржен-Шумар,

Сын Ойдбла-богатыря.

А четвертый был крепок станом,

Назывался Бэге-Буйланом.

Трепетали пред ним враги.

Был он отпрыском Бударги,

Исполина белых небес.

Все дробил он, что грязно и серо,

Все измерил, чему есть мера,

Взвесил все, что имеет вес.

Возвышаясь, подобно скале,

И сражаясь на правом крыле,

Он и левое видел крыло.

Сокрушал он подлость и зло.

Пятый, песнями знаменитый,

Был от всякой беды защитой,

Был бронею от всякой опасности.

Столько в песнях его было властности,

Что, когда он пел, вдалеке

Закипала вода в реке.

Так был звучен его напев,

Так богаты мыслью слова,

Что на голом камне трава

Разрасталась, зазеленев.

Доставлял он много услад.

Получал он много наград —

Богатырь Нэхур-Нэмшэн.

А шестой – совсем молодой

Богатырь, пятнадцати лет —

Был покрыт железной броней,

Был в кольчугу и панцирь одет.

Были мышцы его сильны.

Он, как вихрь, летел на просторе —

Обладатель могучей спины

И груди широкой, как море.

А его богатырский лук

Был изделием Бухары.

Были желтые стрелы остры.

Золотым был его колчан.

Этот воин, Эрхэ-Манзан,

Был хозяином друга-коня

Цвета крови и цвета огня.

Было тридцать и три удальца:

Если речь мы начнем о них,

Никогда не дойдем до конца.