Гэсэр

Уничтожим его, покуда

Он не вырос еще, не окреп!»

Вот вожак, хитер и свиреп,

Напрягает свой черный разум,

Погубить замыслив дитя…

В человека себя превратя,

Стал он ламою косоглазым.

Из безлюдной страны Хонин-Хото,

Где кочкарники да болота,

Где живое гибнет бесславно,

Где земля бесплодна, бестравна,

Будто вывернута наизнанку,—

До таежной чащи густой

Пробирался паломник святой

И нашел Сэнгэлэна стоянку.

Поклонился он, сладкоголос,

И моление произнес.

Косоглазого старца святого

Привечает Наран-Гохон.

Всем, что в юрте было готово,

Угощает Наран-Гохон.

Вопрошает учтивый нойон

Косоглазого старика:

«Далеко ли, близко ль живете?

Далеко ли, близко ль идете?

Как, скажите, зовется река,

Из которой вы воду пьете?

Как название той страны,

Где вы были на свет рождены?»

Источает из уст обман,

Облачает слова в туман

Косоглазый лама в ответ:

«На востоке рожден я на свет,

Возле устья Желтой реки.

Я – искатель чистых путей,

Воспитатель малых детей,

Я их пестую в ранние дни,

А когда подрастают они,

Я учу их ёхору-пляске.

Я теперь узнал, что у вас

Появилось дитя в добрый час,

Я пришел, исполненный ласки».

Старики тогда приосанились,

От смущения зарумянились,

На душе у них посветлело.

А ребенок в люльке кричит,

А ребенок плачет навзрыд,—

Неужели дитя заболело?

Старый лама забеспокоился:

«Почему он все время плачет?

Может быть, желудок расстроился?

Я узнаю, что это значит!»

Лжепаломник с коварной целью

Наклонился над колыбелью,

Но разумный младенец постиг,

Кто таков косоглазый старик.

Прекратив свои сладкие речи

И отринув лик человечий,

Принял облик свой истинный бес,

В колыбель с головою залез,

Порешил: младенца убьет,

Порешил: мальчугану в рот

Он вонзит непомерный клюв.

Но ребенок, дело смекнув,

Ухватил ручонкою тонкой

За огромный железный клюв,

Он ударил детской ножонкой,

Но со всею силой своею,

Косоглазого ламу в шею.

Отскочила от плеч голова

И за дверь покатилась, мертва.

Был издохший бес изувечен,—

Вместе с легкими вырвалась печень,

Опрокинулась грудь пустая,

И в чащобу она поползла,

Где трава зеленела густая…

На нежданную гибель зла

Старики с удивленьем смотрели.

Мальчик выскочил из колыбели,

Мать с отцом повел за собой.