Две мелодии сердца. Путеводитель оптимистки с разбитым сердцем

Зачем он взял меня с собой ради такой мелочи?

– Я подумал, мы можем пообедать тут рядом.

Я растерянно следую за ним.

Меня охватывает волнение – обычно Кэл ведет себя так, будто скорее предпочел бы запрыгнуть головой вниз в горящий терновник, чем провести немного времени со мной.

То, что он добровольно идет на контакт – печать отчетов в конце дня и напоминания о забытом термосе не в счет, – радует меня не меньше, чем поездка в Диснейленд.

Я стараюсь не показывать своего восторга.

– Хорошо, давай.

Мы идем по неровному тротуару мимо торгового комплекса к бургерной. Кэл достает из кармана жвачку и закидывает себе в рот. До меня доносится фруктово-мятный запах, смешивающийся с древесным ароматом, присущим только Кэлу.

– Располагайтесь, где вам удобно! – приветствует нас хостес, когда мы входим внутрь.

Мы устраиваемся друг напротив друга на диванах за столом, и Кэл протягивает мне меню.

– Ты же не против бургеров? – спрашивает он, изучая предлагаемые обеды.

Я торопливо ищу что-то без говядины и нахожу бургер с котлетой из черных бобов.

– Ничуть не против. Я вегетарианка, но в наше время с этим редко возникают проблемы. Почти в каждом ресторане есть что-то без мяса.

Он приподнимает брови.

– Вегетарианка? А молочку ешь?

– Да, куда же я без сыра.

Он кивает.

– Раньше ты ела мясо.

Такая простая фраза. Банальное наблюдение. Но до этого Кэл вообще отказывался говорить о нашем общем прошлом. Не в силах сдержать улыбку, я облокачиваюсь о стол и задумчиво прикусываю губу.

– Летом твоя мама всегда делала нам сэндвичи с ливерной колбасой на обед. – Я внимательно слежу за его выражением лица. Он смотрит в окно. – Мы гуляли по набережной и сидели на пристани. Я всегда съедала свой сэндвич – мне было стыдно выбрасывать, она ведь старалась. Но вы с Эммой…

– Скармливали их уткам.

Мой взгляд застилает пелена. Я не рассчитывала, что Кэл отзовется. Что он хоть слово скажет про Эмму. Я киваю, осторожно подбираю слова, опасаясь спугнуть его и нарушить возникшие между нами узы.

– Да. Потом вы возвращались ко мне и тайком находили что-нибудь съедобное на кухне, пока мама смотрела в гостиной занятия гимнастикой.

Свет полуденного солнца отражается в его глазах. В них блестят тысячи потаенных воспоминаний. Похороненных в грязи и саже. Я жажду достать их на свет. Воскресить.

И тут к нам подходит официантка; ее радостное приветствие вновь погружает Кэла во тьму.