Движущиеся картинки

Откуда-то даже задувал ветерок. Прислонившись к валунам, Виктор ощутил, что от них веет холодом. «Под землей, наверное, много пещер», – подумал он.

…а далеко оттуда, в Незримом Университете, в продуваемом сквозняками, украшенном множеством колонн коридоре, одно маленькое устройство, на которое уже много лет никто не обращал никакого внимание, вдруг начало издавать шум…

Так вот какой он, Голывуд. На экране он смотрится совсем иначе. Судя по всему, движущиеся картинки требуют постоянного ожидания, а еще, если он верно все понимает, перескоков во времени.

События происходят раньше тех, позже которых происходят. Чудовища – это всего лишь облитый зеленой краской Морри с приклеенными крыльями. И ничего реально реального.

Как ни странно, это захватывало.

– Как же мне это надоело, – сказал кто-то рядом с ним.

Виктор поднял взгляд. По другой тропинке к нему подошла девушка. Ее лицо, покрытое бледным гримом, раскраснелось от нагрузки, волосы нелепыми кудряшками спадали на глаза, а одета она была в платье, которое, пусть и явно сшитое по фигуре, предназначалось для девочки, которая была лет на десять младше и очень любила кружавчики.

Девушка была весьма привлекательна, хотя в глаза это бросалось не сразу.

– И знаешь, что они говорят, если им пожаловаться? – требовательно спросила она. На самом деле этот вопрос предназначался не Виктору. Просто у него была свободная пара ушей.

– Даже не представляю, – вежливо ответил он.

– Они говорят: «Есть целая куча других людей, которые только и ждут шанса попасть в движущиеся картинки».

Вот что они говорят.

Она прислонилась к узловатому деревцу и начала обмахиваться соломенной шляпкой.

– И здесь слишком жарко, – пожаловалась она. – А мне еще нужно рисоваться в дурацкой однокатушечной картинке у Сильверфиша, который понятия не имеет, что делает. С каким-то мальчишкой, у которого наверняка несет изо рта, в волосах запуталась солома, а на лбу хоть скатерть расстилай.

– И с троллями, – спокойно добавил Виктор.

– О боги. Что, с Морри и Галенитом?

– Да. Только Галенит теперь зовет себя Скалой.

– А я думала, он Кремнем хотел назваться.

– «Скала» ему нравится больше.

Из-за камней донеслось тоскливое блеяние Сильверфиша, который вопрошал, куда это все подевались, когда они ему нужны. Девушка закатила глаза.

– О боги. И ради этого я пропускаю обед?

– Ты всегда успеешь поесть его у меня со лба, – сказал Виктор и поднялся.