Демон Максвелла

Судя по всему, так они с поразительной точностью передают другим пчелам маршруты к лучшим источникам пыльцы, но вот каким образом пчела-разведчик способна передавать такие сложные данные с помощью обычного танца, всегда оставалось загадкой. То есть оставалось до тех пор, пока Барбара Шипман не увидела в тени, отбрасываемой флаговым многообразием, не сложную геометрическую форму или теоретическую шестимерную конструкцию, а танец пчел с пасеки отца.

Легко забыть в суете повседневной жизни, что логические выводы не всегда скучные и обыденные.

Иногда они настолько неправдоподобные, настолько удивительные и причудливые, что не всякий здравомыслящий человек сможет сразу их осознать и принять. Логический вывод, сделанный из наблюдений Барбары Шипман, состоит в следующем: мы, люди, проживаем жизнь в привычных трех измерениях, а вот пчелы – нет. Пчелы живут и общаются в шестимерном. Как это выглядит на практике? Как видят мир пчелы? Как они видят нас и наши трехмерные занятия? Ответить на эти вопросы не получится, поскольку человеческий разум совершенно не в силах постичь эти ответы. Существуют вещи, которые нам не дано понять.

Я шел по вечерней улице сквозь ворох листьев, скользя пальцами по холодной ограде парка, и представлял, как Барбара Шипман просыпается в день своего открытия, чистит зубы, одевается и завтракает и готовится встретить, как ей тогда казалось, очередной обычный день. Простая истина: мы не имеем ни малейшего представления о том, что несет грядущий день.

Раздастся звонок, на стене промелькнет тень, самолет упадет с неба, ни с того ни с сего придет письмо – и в мгновение ока мир перевернется с ног на голову.

Я остановился на ветреном перекрестке одинокой дороги к дому, и вокруг меня кружились листья. Поверни я налево, меньше чем через пять минут оказался бы дома. Продолжи идти по дороге рядом с парком – достиг бы ярко-красного почтового ящика напротив старой, заколоченной церкви в конце улицы.

Я расстегнул молнию кармана и вытащил письмо Эндрю Блэка.

Голодный ветер тянул и выдирал его из рук, но моя хватка была крепкой.

«Отнеси конверт домой и сожги», – сказала Софи.

Я разглядывал свое имя и адрес на конверте, пока тот бешено трепыхался между пальцами, пытаясь освободиться. Я чувствовал края снимка внутри.

«Как думаешь, что это?»

«Несомненно, это приманка. Только сумасшедший решится на нее клюнуть».

Я сунул руку в карман и вытащил второе письмо, адресованное Эндрю.