День, когда пала ночь

Другого времени поговорить я не выберу.

– Да, матушка.

– Доктор Фортхард уведомляет меня о твоем состоянии. Надеюсь, тебе не слишком больно.

– Немного, – сказала Глориан. – Особенно по ночам.

– Это пройдет. Доктор Фортхард говорит, придется всего месяц или два походить с лубком.

Королева Сабран выглянула в окно. Солнце превратило ее глаза в неограненные изумруды. Глориан сползла еще глубже в воду, укрылась за черной завесой волос.

В каждой беседе с матерью прятались ловушки. И каждый раз она в них попадалась.

Вот уже первая ошибка – признала, что ей больно. Мать не любит, когда она выдает слабость.

– Завтра я буду здорова, – торопливо проговорила Глориан. – Если хотите, матушка, потанцую с одной рукой.

– И что скажут об инисской королеве люди, если та заставит дочь танцевать со сломанной рукой?

Вот и вторая ошибка.

– Что она жестока и бесчувственна, – с пылающими щеками признала Глориан. – Как королева-кошка.

– Именно. – Мать наконец соизволила взглянуть на нее.

 – Буду откровенна. Завтра, помимо представления тебя в качестве законной наследницы, мы должны показать силу и единство. Наша страна впервые принимает посольство так называемой республики.

– Карментум.

– Да. Пусть карментцы видят, что абсолютная монархия – единственно верный и праведный способ управления государством. Нельзя допустить, чтобы Инис, подобно Карментуму, был брошен на корм народу, который своими противоречивыми мнениями порвет его на части. Править должна одна воля – воля Святого, изъявленная через наше посредство.

– Да, матушка, – покорно кивнула Глориан. – Я вас не разочарую.

Помедлив, она спросила:

– Почему вы пригласили карментцев?

– Арпа Нерафрисс прислал письмо с просьбой подумать над установлением торговых отношений. Карментум жаждет нашей поддержки. Они хотят, чтобы древние, сильные страны признали их правительство. – Королева Сабран вздернула подбородок. – Инис – маленькая страна. Для нас невозможно закрыться от мира. Через Искалин, Ментендон и Хрот мы ведем торговлю с Эрсиром и Лазией – и даже с восточными странами за Бездной, чьи обычаи нам неведомы.

Бездна… Огромное черное море, столь широкое, столь полное чудовищами, что редко кто, выйдя в него, возвращался назад. Король Бардольт и прежде по нему плавал, но не далеко. И даже он остерегался Бездны.

– Так или иначе, – заметила королева Сабран, силой возвращая дочь в этот мир, – карментцы бессильны против Кольчуги Добродетели.