Дерево лжи

– Около башни, – ответила Фейт.

– Насколько близко он подошел?

Фейт никогда не видела его столь взволнованным и злым. Теплая волна разлилась по ее телу при мысли, что отец заботится о ней.

– Примерно на десять ярдов, он шел мимо, вниз по холму.

Миссис Веллет явилась вскоре после звонка преподобного. Ее щеки слегка раскраснелись, и Фейт подумала, дала ли та нагоняй горничной по поручению Миртл.

– Наверное, это Том Пэррис, – сразу же ответила миссис Веллет, когда Фейт описала незнакомца.

– Может быть, вы мне скажете, почему этому Пэррису дозволено нарушать границы владений? – холодно спросил преподобный.

– Прошу прощения, сэр, – тихо ответила экономка, – но по этим землям проходит кратчайший путь к пляжу. Это лучший пляж на острове для ловли моллюсков, так что… – Она развела руками в попытке оправдаться. «Так уж обстоят дела, с этим невозможно ничего поделать».

– Больше никаких вторжений на территорию, – резко объявил преподобный. – На мне лежит ответственность за безопасность жены и детей, а также за ценные образцы в оранжерее, и я не намерен терпеть здесь бездельников и воров.

Пока я арендую эту усадьбу, я буду считать всех посторонних нарушителями. Если кто-то из них вам знаком, передайте, что я поставлю капканы.

«Насколько близко он подошел?» Поначалу, растрогавшись, Фейт приняла эти слова за выражение заботы о ее с Говардом безопасности. Однако, успокоившись, она начала думать, что отец имел в виду другое: «Насколько близко он подошел к башне?»

Глава 4.

Коварная пещера

В два часа дня к дому подъехала карета. Через минуту-другую в гостиную вошел крепкий мужчина средних лет с красными щеками, черными усами и сияющей улыбкой. Он представился доктором Джеклерсом и обменялся с преподобным приветствиями, несколько раз с силой тряхнув его руку, словно собирался оторвать ее.

– Преподобный! Какая честь познакомиться с вами! Я читал ваши статьи в журнале Королевского общества!

Дядюшку Майлза доктор приветствовал с куда меньшим энтузиазмом, несмотря на заверения дядюшки, что он тоже внес немалый вклад в естествознание и что, возможно, любезный доктор слышал о его крошечной заметке касательно ископаемых моллюсков.

Миртл поспешно прервала брата покашливанием.

Когда Джеклерсу представили Фейт, доктор замешкался:

– Фейт… ах да, я помню ту историю! Но я думал… – Он умолк, вытянув руку и словно собираясь погладить по голове воображаемого малыша.