Джинсы мертвых торчков

Видать, пиздюк даже ни разу за миня, блядь, не заикнулся! Не могу поверить, что Бегби настолько изменился: (бывший) лучший друган его кидает, сам Франко получает из-за него нехилые травмы и при этом не удосуживается хотя бы от нефиг делать упомянуть за него своей тёфанке!

Но Мелани это подтверждает, с американским акцентом:

– Он никогда не рассказывает о своих старых друзьях – да, милый?

– Просто они в основном на нарах чалятся, и потому ты их знаешь, – говорит он и наконец становится немного похожим на того Бегби, которого знал я.

Это стремает и в то же время успокаивает. – Мы познакомились с Мел в тюрьме, – поясняет он. – Она арт-терапевт.

В голове что-то мелькает: размытый фейс, обрывок терки, подслушанной в шумном клубе под ешками, или словесного поноса под коксом: может, это был мой диджей-ветеран Карл или какой-то эдинбургский чел, приехавший на каникулы в Амстик. Насчет того, что Фрэнк Бегби типа стал преуспевающим художником. Я никогда не принимал это на веру, и мое сознание это отвергало.

Просто я не реагировал на любые упоминания иво имени. А это была самая бредовая и неправдоподобная с множества баек, чё за ниво травили.

– Что-то вы на блатаря не похожи, – говорит Мелани.

– Я больше социальный работник с функциями тюремного надзирателя.

– И чем же вы на жизнь зарабатываете?

– Руковожу диджеями.

Мелани поднимает брови:

– Я кого-нибудь из них знаю?

– Самый мой известный – диджей Техноботан.

Фрэнк только лупает глазами, чего не скажешь о Мелани.

– Надо же! А я о нем слышала. – Она поворачивается к Франко: – Рут ходила на его концерт в Лас-Вегасе.

– Да, у нас контракт в отеле «Уинн», ночной клуб «Саррендер».

– «Входишь и выходишь из жизни моей, ты разрываешь мне сердце, ей-ей…» – Мелани вполголоса напевает последний хит диджея Техноботана, или Конрада Аппельдорна.

– Я за эту в курсах! – заявляет Франко с неподдельным интересом, и звучит это очень по-литски.

Он смотрит на меня, как будто впечатлен. – Молоток.

– Есть еще одно имя, которое вы, возможно, знаете, – решаюсь вставить. – Помнишь Карла Юарта? ЭН-СИН? Звездил в девяностые или, точней, больше в нулевые? Тусил с Билли Бирреллом, боксером?..

– Угу… а это не тот типа альбиносик, корефан Джуса Терри? Тот пацик стенхаусский?

– Угу. Он самый.

– Так он еще диджеит? Ничё за ниво щас не слыхать.