Джинсы мертвых торчков

Нифига не выйдет! Я стал посмешищем. Это уже во всех соцсетях!

Он показывает мне «Твиттер» на своем телефоне. Повсюду мелькает хэштег #долбоеб.

Следующее утро начинается с привычного расшатанного подъема перед новым полетом – на этот раз в Эдинбург. Благожелательная статья, которую я надыбал в сети, поднимает мне настроение. Ее написал влиятельный журналист по танцевальной музыке, который был на сейшене. Показываю Конраду, он читает, вылупив глаза, и откуда-то из глубины его груди доносится одышливое урчание.

Многие современные диджеи – мрачные зануды, скучные технари с нулевой индивидуальностью. Разумеется, Техноботана нельзя отнести к этой категории. Он не только отыграл мощнейший сет в барселонском клубе «Ница», блеснув по сравнению с отсталым ветераном N-SIGN, который выступал перед ним, но также проявил роскошное легкомыслие и попал в самое яблочко, щегольнув качающимся пенисом, торчавшим у него изо лба!

– Вот видишь? Ты присвоил эту хуйню, – говорю с лишь отчасти наигранным азартом, – и присвоил эту ебаную толпу.

Это была безупречная демонстрация развлекательной сути танцевальной музыки: с мелодиями идеально сочетались юмор и остроумие…

– Да, присвоил. – Конрад бьет кулаками по своим толстым сиськам и поворачивается через проход к Карлу: – А еще я присвоил его уставшую старую бывшую задницу.

Карл, с дичайшего бодуна, высовывает голову в окно и тяжко вздыхает.

Конрад приваливается ко мне и искренне говорит:

– Ты сказал «безупречное выступление»… ты именно это слово употребил – «безупречное».

Но оно же подразумевает, что это было просто дело техники. Это было наигранно, в этом не было души. Ты это имел в виду, да?

«Ебаный рот, ну за что ж мине такая жизнь?..»

– Нет, братан, душа там перла из всех щелей. И это не было наигранно, это была диаметральная, нахуй, противоположность. Как оно могло быть наигранным, – тычу пальцем в уже дрыхнущего Юарта, – если с тобой такое сделал вот этот вот пиздюк? Это вынудило тебя копнуть глубже, – хлопаю Конрада по груди, – и ты придумал именно то, что, блядь, надо.

Пиздец как горжусь тобой, кор, – говорю, выжидая реакции у него на лице.

Довольный кивок – признак того, что все путем.

– В Эдинбурге же хорошие шотландские пелотки?

– Город славится самыми сногсшибательными красотками в мире, – заливаю я. – Там есть местечко под названием «Стандард-лайф» – даже не спрашивай, братан.