Дикая Уайлдер

Николь взяли на крошечную кухню мыть посуду и готовить жирную барную еду. В то время она жила в грузовике, и Лили притащила ее к себе домой, дала ей жилье. Они обе были на мели и совершенно одни и быстро сблизились так, как могут сблизиться только две женщины, которых достало, что их жизнь перевернулась вверх дном из-за импульсивных и неверных решений мужчин.

Когда Арчи предложил Лили подработать гидом для съемочной группы, которая искала места для съемок в Моабе, она взяла с собой только Николь. За первой поездкой пошла вторая, а когда кто-то спросил об истории и мифах, связанных с этой местностью, о том, как Бутч Кэссиди и его банда использовали тропы, чтобы скрываться от закона и прятать награбленное, и может ли оно до сих пор быть где-то там, все это выглядело так, как будто призрак Дюка вернулся, чтобы преследовать ее.

Лили сразу же подумала о его проклятом дневнике, полном случайных записей, загадок, историй и карт. Кроме дневника, он ничего ей не оставил, и она решила, что, черт возьми, что-то хорошее должно выйти из того, что она росла в тени того самого Дюка Уайлдера. Кто бы мог подумать, что так много людей захотят сыграть в ковбоев?

Но теперь она занималась этим уже семь лет, а это очень долго для чего-то, за что берешься по необходимости и не особенно любишь с самого начала. Денег хватало на то, чтобы не работать барменшей с мая по сентябрь, выкупить несколько лошадей, которых ей пришлось продать, и платить Николь, но она все еще едва держалась на плаву. Грузовик и прицеп для лошадей Лили были древними, да и Бонни не становилась моложе.

Откровенно говоря, Лили тоже. Ей нравилась эта дикая страна, но она хотела иметь настоящий дом с детьми и землю для лошадей. Она хотела пустить корни, а в пустыне это было нелегко.

– Как новая группа? – спросила Лили.

Николь взяла ведро и наполнила его кормовыми гранулами без сорняков. Услышав, как гранулы бьются о ведро, к ним по земле радостной рысью направился черно-белый жеребец, откинув назад голову и тряся гривой.

Лошади похожи на своих хозяев, и если косо посмотришь как на Снупи, так и на Николь, они не задумываясь сшибут тебя с ног.

– Ничего нового. – Николь не обращала внимания на Снупи, который закусывал ее рубашкой, прежде чем нагнуть голову и угоститься из ведра. – Один шумный, один милаха, один мерзкий тип и один…

Лили застыла с расческой в руке.

– Мерзкий тип? – Они с Николь знали, как себя вести, но как только все выйдут на тропу, они останутся совсем одни.