Дом

Ее мать еще в молодости открыла этот рай и обзавелась там прекрасным домом, который стал семейным гнездом, просторным, уютным, гостеприимным, с террасой и всегда зеленеющим садом в цвету. На острове Х проводила дивные летние месяцы. Целые сезоны сладкого безделья и ловли ракушек, мечтаний, игры в мяч с другими детьми, прогулок по острову с братом, с матерью. Пешком, на велосипеде. Там, на острове, сформировалась ее восприимчивая натура, пробудились первые желания. Там ей лучше всего, просто идеально, мечталось.

Там ее связали с другими семьями, такими же завсегдатаями острова, нерасторжимые узы, укреплявшиеся из поколения в поколение. Эти люди стали в каком-то смысле второй семьей, еще более дружной и внимательной, чем ее собственная.

И вот Х, в свою очередь, захотела дом на острове. После смерти мамы ее брату – единственному – семейное гнездо досталось в наследство, что сначала обидело ее, чему она по первости пыталась воспротивиться, но впустую, а потом смирилась с этой мыслью и вбила себе в голову тоже заиметь, для себя и своего потомства, летний домик, который станет родовой усадьбой, где детям ее сына, а после и его внукам будет, в свою очередь, что вспомнить, где они смогут сформировать свою восприимчивость и запастись счастьем, радостью, здоровьем, душевным равновесием и солнцем на весь остаток года – как она сама когда-то копила прогулки по лугам, бег наперегонки по пляжу, лошадиные дозы йода и незабываемые впечатления.

Ей хотелось самоутвердиться перед мамой – той уже не было в живых, но требовались, наверно, годы, чтобы окончательно рассеять ее опеку, ее властное, покровительственное, а порой и грозное присутствие, если его вообще удастся когда-нибудь забыть. Хотелось самоутвердиться и перед братом, который, облачившись в одеяние главы семьи, блюстителя семейного духа, продолжал – и в блистательном темпе – поддерживать жизнь в достопочтенном доме своей матери. Хотелось и просто-напросто самоутвердиться, для себя, хотелось преуспеть не хуже матери и брата, но главное, хотелось придать своим представлениям о жизни, своим мечтам – своим желаниям – конкретную форму.

Да, Х хотела дом, и это была не блажь. Это было неосознанное, но чрезвычайно сильное стремление, вдохновленное желанием облечь остаток своих дней в тот же идеальный, лучезарный ритм, что был задан месяцами и годами, проведенными на острове.