Дом 17 по улице Черч-роу

Если верить Элис, в первые две ночи здесь Белла еще не спала после двенадцати.

– Элис, – позвала Никки, – когда Белла, наконец, улеглась вчера?

– Незадолго до полуночи.

Это был шаг в правильном направлении, хотя и недостаточно большой. Белле бывало тяжело, когда она недосыпала. Она становилась вялой и раздражительной. И в этом они с ней были похожи.

– А сейчас она еще спит?

– Нет.

– Ты уверена? – спросила Никки удивленно.

– Я уверена, Никки. Она у себя в саду. Я открыла ей дверь девять минут назад.

Никки рассмеялась.

– В точности девять минут назад?

– На самом деле девять минут и тридцать две секунды.

– Элис, я просто пошутила.

– Извини, Никки. Я не поняла шутку.

Никки покачала головой и пошла дальше. После выходных здесь она начала по достоинству оценивать то, о чем говорила Катриона, когда утверждала, что Элис из другой лиги по сравнению с Алексой. Было даже пару раз, когда она действительно забывала, что говорит с компьютером. Вместе с тем, Элис являлась именно компьютерной программой, пусть и очень сложной, и такие моменты лишний раз напоминали об этом.

Дверь в комнату Беллы скользнула в сторону, пропуская Никки внутрь. Кровать пустовала, покрывало и подушки были разбросаны в беспорядке, как будто во сне девочка боролась с медведями. Двери в патио были распахнуты настежь, и то, что открывалось за ними, обещало восхитительный день. Июнь уступил место июлю, и перед ними открывалась перспектива целого лета. Это всегда было ее любимым временем года.

Никки поставила кружку на стол и вышла в сад. Белла стояла спиной к ней возле пруда. Подойдя ближе, Никки услышала тоненькие всхлипывания, как всегда, когда Белла плакала. Она проследила за взглядом Беллы. Все три карпа плавали на поверхности пруда, их яркая чешуя омрачилась смертью и покрылась татуировками теней, которые отбрасывала защитная сетка. Никки поспешно наклонилась к Белле и, приобняв ее рукой, повела обратно в дом, где усадила на кровать.

– Не переживай, милая.

Мы купим тебе новых рыбок.

Белла мотнула головой, ее лицо было полно печали.

– Ты больше не хочешь рыбок?

Белла покачала головой и взяла планшет с тумбочки, включила его и начала набирать на экране. Все, что Никки могла делать, это смотреть и подавлять искушение начать говорить за нее. Для Беллы и без того тяжело было обходиться без голоса. Если бы она ощущала давление, это бы в десятки раз все ухудшило.

– Я хочу тех рыбок.