Дом бьющихся сердец

– Значит, как только падет барьер, я буду свободна?

Мужчины обмениваются напряженными взглядами, от которых у меня позвонки вытягиваются по струнке.

Не держи меня в неведении. Не после всего, что я для вас сделала. Это не только несправедливо, но и жестоко.

– Как только ты снимешь проклятие целиком, ты будешь… свободна.

Его промедление заставляет меня задуматься, какую свободу он подразумевает.

Как бы между прочим, я не считаю формой свободы смерть.

Ты не умрешь. – Угрюмое настроение Лоркана немного смягчается.

Я киваю, немного успокоенная. Остается вопрос проклятий и их разрушителей – то есть меня.

– В каком смысле «снять проклятие целиком»?

Отец продолжает вытирать пальцы, хотя, как я подозреваю, вина на них давно не осталось.

– Еще до твоего рождения – даже до зачатия – Бронвен предвидела, что у нас с Деей родится дочь, которая будет обладать силой навсегда разрушить обсидиановое проклятие воронов.

У меня отвисает челюсть.

– Так вот почему ты назвал меня разрушительницей проклятий? Не потому, что я тебя освободила.

Верно.

Ого! А я-то считала себя слабой и бесполезной.

– Скажи на милость, как же мне сломать это проклятие?

Лоркан вздыхает.

– Этого Бронвен пока не видела.

– Позволь внести ясность. Ты намерен держать меня в Небесном Королевстве до тех пор, пока Бронвен не явится очередное видение?

Да.

– А если она увидит, как я снимаю ваше проклятие, только, скажем, лет через шестьдесят?

– Нас сковали на пятьсот лет, Фэллон.

– Я не собираюсь проводить лучшие годы жизни в пещере в облаках, вдали от цивилизации.

Лор сдавленно фыркает.

– На твой взгляд, мы недостаточно цивилизованны?

Я трясу головой.

Похоже, отца не так задевают мои слова о цивилизованности воронов, как Лоркана, потому что из всего сказанного мной его внимание привлекает только это:

– Лучшие годы?

– В отличие от вас, я не бессмертная. – Тут мысль о моем происхождении дает мне подзатыльник.

– Пока твоя магия заблокирована… – король воронов устремляет взор на окно, выходящее на густой ракоччинский лес, – …ты не бессмертна.

Отец тяжело сглатывает: возможно, вспомнил о моей матери, чья магия тоже блокирована.

– Еще одна причина остаться здесь, инон. Здесь с тобой не случится ничего плохого.

– Может, плохого не случится, но и хорошего тоже, – бурчу я, подсчитывая, сколько пар обуви истопчу, расхаживая по этим каменным коридорам.