Дом бьющихся сердец

Не думаю, что он хочет вызвать во мне чувство вины, и все же грудь сжимает именно эта эмоция.

Хотелось бы мне быть той, кого ты заслуживаешь, Лор.

Он не отвечает. Полагаю, мои слова не требуют ответа.

Тем не менее его молчание задевает меня, и как бы я ни старалась сосредоточиться на Эйрин и ее вопросах о моем детстве и увлечениях, которые Лоркан переводит, мысли то и дело уходят в другую сторону.

К моему голубому домику в Тарелексо с его цветастыми стенами и благоухающей глицинией.

К верному розовому змею со шрамами на чешуйчатой коже.

К мрачным ракоччинским лесам, окутанным туманом.

К белым казармам, где я однажды провела день в кровати Данте, уверенная, что это будет первый из многих.

К горному перевалу, на который я взобралась верхом на прекрасном жеребце.

К первому благоговейному взгляду на Небесное Королевство.

К племени чистокровных, которые напали на меня из-за мешков с золотом.

К Сельвати и человеку, который пожертвовал жизнью, чтобы помочь нам с Лором.

К Тареспагии и жутким женщинам Росси.

И к той последней прогулке верхом, когда мой мир навсегда перевернулся с ног на голову.

Вновь и вновь я вырываю непослушный разум из дум и возвращаю в настоящее. К этой женщине, желающей познакомиться со мной поближе, несмотря на то, что я решила бросить ее сына и их народ. Скоро, как и фейри, вороны будут считать меня перебежчицей. Девчонкой, которая отреклась от своего наследия ради того, что ей даже не принадлежит.

Может, мне стоит уплыть в Шаббе?

Нет.

Я подпрыгиваю от резкого голоса Лоркана. От жара, заключенного в одном-единственном слове.

Не ранее, чем я устраню барьер.

Я изучаю жесткие черты его лица, ставшие еще более жесткими из-за мрачного настроения.

Клянусь, что не переступлю барьер, пока ты не убьешь Мериам, Лоркан Рибио.

Он больше не смотрит на меня на протяжении всего ужина, не смотрит и после того, как приносит обратно в мою клетку-спальню и покидает ее вместе с матерью, которая несла Феба.

Феба, который захлопывает дверь с такой силой, что дерево чуть не раскалывается в щепки, а каменный проем чуть не разлетается вдребезги.

Феба, который кричит на меня до тех пор, пока не хрипнет голос, а у нас обоих по щекам текут слезы, потому что уход из Небесного Королевства – это риск. Но нельзя же прятаться на горе, пока мир рушится. Прячутся лишь трусы, а я кто угодно, только не трусиха.

– Оставь войны людям, которым нравится воевать, Пиколина. Прошу! Ты не бессмертна.