Дом бьющихся сердец

Девушка, покинувшая Люче, уже не та, которая в него возвращается. Я расчесываю волосы, заплетаю в косу и перевязываю черной лентой, которую сняла с одного из платьев.

Готовая начать новую главу своей жизни, я бужу Феба. Он бормочет, чтобы я уходила. Так и поступаю. Даю другу еще один часок на сон, а сама иду искать нам завтрак.

В таверне почти никого. Вороны либо спят, либо уже разлетелись по округе в поисках мелких зверьков, которыми можно набить животы.

Я морщу нос при воспоминании о дохлом кролике, которым Лоркан пытался меня накормить, когда мы поднимались на Монтелюче, не зная, что я не выношу ни мяса, ни рыбы.

Я не спросила, является ли эта особенность общей у всех шаббинов. Я еще о многом не спросила.

Когда-нибудь спрошу. Когда-нибудь в Люче настанет мир, а Шаббе освободится от ига Мериам.

Усевшись за стол, за которым недавно сидела с друзьями, я вспоминаю новости, рассказанные Лорканом о Мериам. Интересно, как они узнали о ее местоположении? Королева Шаббе выпытала у одного из потерпевших кораблекрушение фейри или же люди Лоркана нашли ее собственными методами? И почему отец все еще ищет Дею? Почему не допрашивает шаббинскую колдунью, которая всю эту кашу заварила? Мне казалось, Мериам держит маму в плену.

Подходит Коннор и хмуро бормочет «доброе утро» – акцент такой сильный, что я не сразу признаю приветствие.

– Действительно, бондиа, – улыбаюсь я. – Можно мне, пожалуйста, блюдо с сыром, фруктами и черным хлебом? О, и кувшин кофе?

Парень кивает и отходит к бару, расположенному у одной из изогнутых стен.

Я замечаю, как он переговаривается с другим официантом, чьи каштановые волосы привлекают внимание. Я еще не видела ни одного ворона со столь светлыми волосами. Как и с глазами иного цвета, кроме как темно-карего. Ну, помимо Лора.

Каштановолосый ворон поднимает на меня черные глаза, и мне кажется, будто в них отвращение. Конечно, с самого своего прибытия я веду себя не как сладкое мороженое, однако и презрения ничем не заслужила.

Задетая, я отворачиваюсь от осуждающего взгляда.

Сибилла бы закатила глаза и велела забыть о чудаке. Я сосредотачиваюсь на мысли о том, что скоро увижу лучшую подругу. И нонну с маммой, где бы Джиана их ни спрятала. Наверное, они уже вышли из укрытия. В конце концов, Марко мертв. Возможно, я даже навещу новое жилище Энтони. Дом на Тарекуори наверняка будет прекрасным.