Дом на городской окраине

Чиновник был в дурном расположении духа, поскольку жена подняла его на ноги, не дав как следует вздремнуть после обеда. Он не мог удержаться от сетований, сокрушаясь, что ему приходится лезть в гору. Супруга на это сказала: – Я для того веду тебя на пригорок, чтобы ты лучше рассмотрел место, где будет стоять дом. – В ответ чиновник не проронил ни слова, хотя эта вылазка стояла ему поперек горла, пересохшего от жажды.

Голубое небо простиралось над ними. А внизу виднелся ряд двухэтажных домиков. В каждом втором доме была мелочная лавка, в каждом третьем – пивная.

Выкрашенные в зеленый цвет двери лавок были наглухо закрыты, зато из пивных доносились возгласы гуляк, стук биллиардных шаров; слышалось также, как стучат костяшками пальцев о стол картежники.

Вдали Прага, подернутая сизой дымкой. У подножия холма расположились группками семейства фабричных. Мужчины разулись. Верещат голопузые ребятишки. И надо всем, словно телячьи мозги в витрине мясной лавки, подрагивает раскаленный воздух.

– Глянь, – произнесла жена, указывая на груду строительного материала, – вон внизу, где кирпич, там будут строить. – И она испытующе посмотрела чиновнику в глаза.

2

Но чиновник только вздохнул, поскольку им овладело тоскливое чувство. Он принадлежал к людям, которые с трудом переносят незнакомое окружение. Он сказал: – Но ведь я никогда не жил в здешних местах. Никогда не слышал, чтобы кто-либо из моих знакомых жил в этой округе. Нет, переезжать сюда я не согласен. Мне кажется, что отсюда я уже никогда не выберусь обратно в город.

И почему, собственно, – вздохнул он, – мы должны переезжать? Лучше остаться там, где мы сейчас. Я не сторонник перемен.

На что супруга ответила: – Да ради Бога. Нас никто переезжать не заставляет. Но ведь ты сам этого хотел. Если б не ты, я и не подумала бы утруждать себя поисками квартиры…

– Но ведь я хочу переехать, – прервал ее чиновник, – я мечтаю, чтобы мы, наконец, зажили самостоятельно… Но почему именно сюда? Место глухое и люди абсолютно незнакомые…

– При чем тут люди? – возразила супруга.

 – Что тебе до них? Впрочем, вовсе не обязательно поселяться именно здесь. Найди теперь ты что-нибудь более подходящее.

Затем пани Сырова принялась описывать те треволнения, которые ей пришлось пережить в поисках квартиры. ее щеки пылали от негодования при воспоминании о том, как в строительном бюро с нее требовали указать приданое, называя его долевым участием в строительстве.