Дом на городской окраине

У франта были английские усики и портфель под мышкой. Его меланхолические глаза горели решимостью от своего не отступать, противопоставить унижениям изысканные манеры.

Поначалу чиновник надеялся избежать встречи с ним и спрятался, точно еретик в эпоху контрреформации.. Но щеголь застиг его как раз в тот момент, когда чиновник всего менее этого ожидал. Щеголь уселся на кухне напротив чиновника и выложил перед ним кипу бланков. Бесстрастным заученным тоном он произнес сентенцию насчет того, что как бы мы ни были осторожны, предотвратить пожар удается далеко не всегда.

И как пан Сыровы изволит знать из газет и по слухам, преступность приобретает угрожающие масштабы, и потому каждый, кто блюдет свои интересы, сочтет нужным застраховать имущество на случай ограбления квартиры. Возразить против этого что-либо было трудно, и чиновник поставил свою подпись на бланке.

Когда же агент ушел, чиновник обрушился на жену с упреками: – Опять мы выбросили деньги на ветер. Тебе обязательно надо каждого впускать?

– Разве я говорила, чтобы ты заключал договор о страховке? Ты его подписал сам по доброй воле.

Я слова об этом не проронила. Вечно я во всем виновата.

Некоторое время супруги перебранивались и осыпали друг друга упреками, но затем успокоились, сойдясь на том, что страховка, в конце концов, ничему не помешает.

3

В тот день произошло еще одно событие: невысокого роста мужчина в рыжем реглане, с медной серьгой в ухе, крикнул из коридора: – Алло! Вам не нужна швейная машина?

– У нас уже есть швейная машина, – ответила пани Сырова.

– Но у меня дешевые швейные машины, – продолжал человек с медной серьгой.

– Нам не надо.

– Но у меня хорошие швейные машины.

– У меня уже есть, зачем мне вторая?

– У меня машины всемирно известных марок. Качество гарантируется. Извольте посмотреть проспект.

– Я своей машиной довольна.

– Я продаю машины в рассрочку, ежемесячные выплаты пустяковые, вы их и не заметите.

– В другой раз, пан.

– А как насчет… Алло! Алло-о! Паничка, а как насчет угля? Я продаю уголь мешками и возами.

– Уголь у нас есть.

– Ах, черт побери! С утра не заладилось. Но, паничка, уверяю вас, я поставляю первосортный уголь, сам горит, и идет его немного, чудо уголь, а, пани? Остравский, бурый. ореховый, газовый, будете меня за него благодарить, пани. А не желаете ли коксу, брикетов, антрацита?

– У нас всего с избытком.