Дом Пламени и Тени

И не в обществе трех фэйцев, ожидавших их. Спрайты наконец оторвались от разглядывания опалов и летели следом – три сгустка пламени в пожароопасном пространстве рынка.

– Ну что, пойдем постучимся? – спросил Флинн, указывая на металлическую сводчатую дверь второго этажа, куда вела отдельная лестница.

За дверью находились личные покои Королевы Змей.

Марк перехватил взгляд Итана. В глазах был вопрос: сказал ли он Сигрид, что Марк проводит ее домой?

Итан съежился. Нет, не сказал.

Марк зыркнул на него.

– Тихо, – прошептал он.

Его друзья повиновались. Их руки потянулись к пистолетам на боку. Мясной Рынок как ни в чем не бывало продолжал бурлить, продавать, покупать, угощаться, однако…

Желто-карие глаза Марка обшаривали пространство рынка и застекленные крыши. Он принюхивался.

Итан сделал то же самое. У оборотней чутье было острее, чем у фэйцев.

Из ворот за их спиной наплывала невообразимая смесь запахов.

И сквозь все это пробивался запах приближающихся волков.

3

– Я не знаю, на каком языке сделана надпись, – упрямо твердила Брайс. – Подруга уговорила меня и повела туда, где делают татуировки, а я в тот момент была мертвецки пьяна.

– Не ври, – предостерег ее Ризанд, и в его голосе послышалась угроза.

Он ее убьет. Каким бы ни был язык татуировки, дело принимало скверный оборот. Казалось, узор на ее спине так и подзадоривал здешних фэйцев ударить туда кинжалом.

Амрена ходила вокруг Брайс, всматривалась в татуировку, которая явно просвечивала сквозь белую ткань футболки.

– Я что-то чувствую в этих буквах…

Брайс напряглась.

– Приведи Несту.

– Кассиану это не понравится, – пробормотал Азриель.

– Ничего. Проглотит. Неста сумеет почувствовать эти буквы лучше, чем я.

Брайс повернулась лицом к Азриелю и Амрене, а та вновь попросила Ризанда:

– Смотайся за ней.

Брайс присела на корточки, приняв оборонительную позу.

Ризанд снова исчез.

Раньше, чем Брайс успела подняться на ноги, он вернулся вместе с женщиной, которую она уже знала. Золотисто-каштановые волосы, темные доспехи, схожие с доспехами Ризанда и Азриеля. Она держалась с редкой невозмутимостью настоящей воительницы.

Серо-голубые глаза скользнули по Брайс.

Брайс медленно села, почти не ощущая своего тела.