Дом соли и печали

А тебя?

Ханна внимательно посмотрела на меня:

– Когда умирают молодые, это всегда сложно принять. Особенно такие многообещающие и красивые девушки, как Эулалия.

– Нет, я немного о другом. Я могу понять, почему погибли остальные. Каждая смерть была по-своему ужасна и печальна, но вполне объяснима. А вот в случае Эулалии… Что она вообще там забыла? Одна в темноте?

– Мы обе знаем, что она вряд ли собиралась гулять там одна.

Я вспомнила заплаканные лица на похоронах.

– Но зачем ей было встречаться с кем-то именно там? Она никогда не гуляла по скалам даже при свете дня.

Боялась высоты. Что-то здесь не так.

Ханна цокнула языком, отставила чашку и крепко обняла меня. Я ощутила легкий запах ее любимого мыла: молоко и мед. Ханна была слишком экономной, чтобы пользоваться духами или эфирными маслами, но ее простой и теплый аромат действовал на меня успокаивающе. Я с удовольствием вдыхала этот запах, положив ей голову на плечо.

Со временем оно стало мягким и податливым, а кожа на шее, выглядывавшей из-под воротника английской блузки, сморщилась и истончилась.

Ханна появилась в Хаймуре с рождением Авы и с тех пор нянчила всех нас, залечивая содранные коленки и успокаивая раненые души. Ее сын Фишер был на три года старше меня и рос вместе с нами. Ханна затягивала на нас первые корсеты и делала прически, попутно утешая нас, когда непослушные локоны отказывались подчиняться. Она не упустила ни одного момента нашего детства и всегда была где-то рядом, чтобы обнять в трудную минуту или поцеловать перед сном.

– Ты стелила для нее постель той ночью? – спросила я, присев. Ханна, вероятно, одна из последних, кто видел Эулалию живой. – Тебя ничего не насторожило?

– Не припоминаю, – покачала головой няня. – Но я была с ней совсем недолго. У Мерси заболел живот, и она попросила мятного чая.

– А что… потом? Ты помогала с… ее телом, да?

– Конечно. Я позаботилась обо всех твоих сестрах.

И о маме.

– Как она выглядела?

Ханна сглотнула и скрестила руки на груди.

– О таком лучше не говорить.

Я нахмурилась:

– Я знаю, она… наверное, это было совершенно ужасно, но ты, случайно, не заметила ничего странного? Может, чего-то не хватало?

Ханна скептически прищурилась:

– Она упала на скалы с высоты более сотни футов. Да, кое-чего «не хватало».

– Прости, – извинилась я, глубоко вздохнув.