Домби и сын

Желая оказать вам по этому случаю какую-нибудь маленькую услугу, я размышлял о том, как осуществить наилучшим образом это намерение, а также советовался с моей сестрою, миссис…

– Чик, – вставил джентльмен, носивший эту фамилию.

– О, пожалуйста, тише! – сказала мисс Токс.

– Я хотел сказать вам, Ричардс, – продолжал мистер Домби, бросив грозный взгляд на мистера Джона, – что мое решение подсказано воспоминанием о разговоре, какой я имел с вашим мужем в этой комнате, когда вы были наняты и когда он сообщил мне печальный факт, что ваше семейство во главе с ним самим глубоко погрязло в невежестве.

Ричардс поникла пред великолепием упрека.

– Я отнюдь не питаю расположения, – продолжал мистер Домби, – к тому, что люди, склонные к стиранию различий, называют всеобщим обучением. Но необходимо просвещать низшие классы, чтобы они знали свое положение и вели себя соответственно. Постольку я одобряю школы. Имея право выдвинуть кандидата на стипендию в старинном учреждении, названном (в честь почтенного общества) «Милосердными Точильщиками», где ученики не только получают благодетельное образование, но где им дается также платье и значок, я (предварительно снесясь через миссис Чик с вашим семейством) выдвинул кандидатуру вашего старшего сына на имеющуюся вакансию; и, как меня уведомили, сегодня он надел форменное платье.

– Сто сорок седьмой, – сказала миссис Чик. – Форменное его платье, Ричардс, это – красивый теплый синий фланелевый фрак и шапка с оранжевым кантом, красные шерстяные чулки и очень прочные кожаные штанишки. Уж одну эту часть туалета можно носить с благодарностью, – добавила с энтузиазмом миссис Чик.

– Ну, вот, Ричардс! – сказала мисс Токс. – Теперь вам действительно есть чем гордиться.

– Право же, я очень признательна, сэр, – тихо отвечала Ричардс, – и вы очень добры, что вспомнили о моих де тишках.

При этом образ Байлера в костюме Милосердного Точильщика с маленькими его ножками, заключенными в прочные штанишки, описанные миссис Чик, предстал перед глазами Ричардс и заставил ее прослезиться.

– Я очень рада, что вы так чувствительны, Ричардс, – сказала мисс Токс.