Домби и сын

 – Видите, какая она тихонькая! Какая красивая маленькая леди, правда?

Это упоминание о Флоренс, которая стояла у двери, следя за происходящим, привлекло к ней внимание младших отпрысков и равным образом счастливо содействовало официальному признанию мисс Нипер, у которой уже возникло опасение, что ею пренебрегли.

– Ах, Сьюзен, пожалуйста, войдите и присядьте на минутку, – сказала Полли. – Это моя сестра Джемайма, вот она. Джемайма, не знаю, что бы я делала, если бы не Сьюзен Нипер; не будь ее, не было бы меня здесь сегодня.

– Ах, присядьте, пожалуйста, мисс Нипер, – подхватила Джемайма.

Сьюзен с величественным и церемонным видом присела на самый кончик стула.

– Я никогда еще никому так не радовалась, мисс Нипер, право же, никогда, – сказала Джемайма.

Сьюзен, смягчившись, слегка подвинулась на стуле и милостиво улыбнулась.

– Пожалуйста, мисс Нипер, развяжите ленты шляпы и будьте как дома, – умоляла Джемайма. – Боюсь, что вы не бывали в таком бедном жилище; но вы окажете нам снисхождение, в этом я уверена.

Черноглазая была так польщена этим почтительным обращением, что подхватила на колени маленькую мисс Тудль, пробегавшую мимо, и тотчас же повезла ее на Бенбери-Кросс[17 - «Везет петушок на Бенбери-Кросс» – эту песенку в Англии напевают, подбрасывая ребенка на коленях.].

– А где же мой миленький мальчик? – спросила Полли. – Мой бедный мальчуган? Я пришла поглядеть, каков он в новом платье.

– Ах, какая жалость! – воскликнула Джемайма. – Как он будет горевать, когда узнает, что мама была здесь! Он в школе, Полли.

– Уже ушел?

– Да. Вчера он пошел в первый раз, боялся пропустить ученье. А сегодня занимаются полдня, Полли; ах, если бы ты могла подождать, пока он вернется домой… ты и мисс Нипер, конечно, – сказала Джемайма, вовремя вспомнив о самолюбии черноглазой.

– А какой у него вид, Джемайма, помоги ему Бог? – боязливо спросила Полли.

– Да уж не так плох, как ты, может быть, думаешь, – ответила Джемайма.

– Ах! – с чувством сказала Полли. – Я решила, что ноги у него, должно быть, слишком коротки.

– Ноги у него и в самом деле коротки, – отвечала Джемайма, – но они с каждым днем будут становиться длиннее.

Это утешение рассчитано было на будущее; но бодрость и добродушие, его сопровождавшие, придали ему цену, какой оно по существу не имело. После минутного молчания Полли спросила более веселым тоном:

– А где отец, милая Джемайма? – ибо этим патриархальным именем обычно называли в семье мистера Тудля.