Низвержение

Скорее чтобы прогнать, а не добить – если бы дезертир оставил свой лук на месте, я позволил ему бы бежать. Но оставлять умелого стрелка бродить поблизости с луком я был не намерен.

Оказавшись на полпути к бандиту, я застыл в нерешительности. Этого времени едва хватило побитому мужчине, чтобы прийти в себя после удара в ключицу и беспорядочного падения на землю. На меня мельком взглянули изнуренные серые глаза, веки над которыми были усыпаны каменной пылью. В них отражалась лишь усталая, покорная обречённость – такое выражение глаз я успел за время похода выучить наизусть.

Так смотрел вперёд каждый второй человек, оживляясь только в те моменты, когда бойцам выдавали их скудную пайку.

Странное наитие лишь в последний миг заставило меня поднять руку для защиты. Брошенный лучником метательный нож ударился о металлический браслет, который оказался у меня под рукавом на левой руке. Раздался глухой металлический звук, но я остался целым и невредимым. Я не дал второго шанса атаковать меня, и ударил ледяным лучом врага в голову.

Пытаясь как-то унять обуревающую меня тревожную дрожь, я провёл обеими ладонями по лицу, ощутив на коже обильный холодный пот. Третий противник был уже слишком далеко, и я не сомневался в том, что больше о нём вспоминать не придётся. Да и помимо него, поводов для беспокойства хватало мне уже выше крыши. Странности накапливались в таком количестве, что их срочно требовалось уложить в голове и как-то переосмыслить.

«Что со мной происходит!?» – беспомощно спросил я себя.

***

Я – Эрлих, волшебник-недоучка, который может похвастаться проваленным экзаменом на второй круг и больше ничем. Поход в Разломные земли научил меня бесконечному смирению перед судьбой и выживанию в условиях, где железных нервов уже недостаточно. Суетливые шли на корм демонами первыми – это я понял в первые дни похода.

Я размышлял о странностях, с которыми столкнулся, в размеренной меланхолии. Второе зрение, причудливые видения будущего и пугающе точный расчет, с которым видел направление бегства бандитов раньше, чем оно случилось.

Это было подобно интуиции, обостренной до кончика иглы, или больше. «Я способен видеть будущее наперёд?» – я взвесил с разных сторон эту мысль, и с грустью её отбросил. Вот не смешно нисколько. Я волшебник, а не чудотворец. Разница между этими понятиями слишком велика, чтобы я не мог её уловить. Слишком долго я учился у мастера Ариозуса, чтобы её не понять.