Дом-убийца в кольце огня

Хираи Таро, 1894–1965) – японский писатель и критик, считающийся основателем современного японского детективного жанра.] и Сэйси Ёкомидзо[17 - Сэйси Ёкомидзо (наст. Масаси Ёкомидзо, 1902–1981) – японский писатель, один из самых популярных в Японии авторов детективов.]. Должно быть, Юдзан не просто перечитывал их, а занимался глубоким исследованием.

На одной из полок стояли в ряд папки с документами. Я заметил слово «Сакакибара»[18 - «Убийства детей в Кобе» произошли в Суме, пров. Кобе, Япония, 16 марта и 27 мая 1997 года.

Две жертвы, Аяка Ямасита, 10 лет, и Джун Хасэ, 11 лет, были убиты 14-летним мальчиком, оставившим записки под псевдонимом Сэйто Сакакибара.], написанное на одной из них. Вероятно, в ней хранилась информация об убийствах детей, журнальные вырезки и газетные статьи того времени. Юдзан написал множество романов, описывавших психологию серийных убийц. Реальные преступления были для него важным источником вдохновения.

Из-за разложенных на столе записей и черновиков создавалось впечатление, что в кабинете по-прежнему активно работают.

Календари и заметки, наклеенные на стену, его только усиливали.

Под столом я натолкнулся на неожиданный предмет.

– Это же…

Большой сейф. В пространстве под столом находился сейф высотой около сорока сантиметров и глубиной примерно пятьдесят сантиметров, как и сам письменный стол.

Я тут же вспомнил слухи о последнем произведении автора, на которое был подписан посмертный контракт.

– Кажется, в последний раз я видел чертежи внизу, – произнес Фумио.

 – На первом этаже у дедушки есть еще один кабинет.

Как давний поклонник, я все еще не мог отойти от шока, который испытал при виде Юдзана Такарады, прикованного к постели. Спускаясь на первый этаж, я заметил, какими тяжелыми стали мои шаги.

Я спустился вниз, где в зале меня все это время ждал Кацураги.

Фумио шутливо прогнал меня, сказав:

– Так не пойдет, нельзя оставлять друга без присмотра. Иди-ка, позови его!

Я вернулся к Кацураги и, пожав плечами, извинился.

– Кацураги-кун, пойдем в кабинет все вместе.

Пока мы следовали за Фумио, я рассказал другу о том, что видел на третьем этаже. Похоже, он тоже был ошеломлен, но, как обычно, молчал, поэтому я не мог наверняка сказать, о чем он думает.

Мы прошли к кабинету у лестницы. Кроме письменного стола и пары стульев в комнате почти ничего не было; только у одной из стен стоял книжный шкаф.