Дорогая Венди

Но в этот раз не голубя, а нечто порасторопнее и поумнее – скворца или ворону.

Питер всё улыбается, но улыбка неприятная. Его слова не объяснили ничего, но просить объяснить ещё раз страшно, равно как и сказать, что он ошибается, потому что нет такой страны Неверленд, нет и быть не может, и он должен вернуть её домой. Она приглядывается. Питер – никакой не скворец, он совсем другая птица, с кривым клювом, предназначенным для охоты. Может быть, ястреб. Почему на ум приходят птицы при каждом взгляде на него? Ответ совсем рядом, вертится в голове, но стоит задуматься над этим, как он ускользает.

Нет смысла размышлять над неизвестным: она не знает слишком многого, и это пугает. Если хорошенько постараться, может быть, получится убедить себя, что всё это – просто кошмарный сон. Мама и папа скоро за ней придут, и всё вернётся к привычному порядку вещей. Её завернут в тёплое одеяло и усадят перед камином. Кухарка напечёт к чаю булочек с заварным кремом и вареньем, и все будут завороженно слушать историю этих удивительных приключений.

Может быть, мама даже достанет тот особый фарфоровый сервиз, оставшийся от бабушки, которую внучка никогда не встречала. Получится настоящий праздник, в самый раз, чтобы отметить её возвращение домой. Мама будет улыбаться, папины глаза загорятся, как случается, когда он слышит особенно интересную историю. Её собственные глаза щиплет, но она заставляет себя улыбнуться, чтобы показать, что не боится, и поднимает голову.

– Я принёс ещё попить. – Питер тянется наружу и достаёт потускневшую серебряную чашку с чеканкой.

 – Вот, тебе станет получше, и ты снова вспомнишь Неверленд.

Он протягивает чашку, подбадривая взглядом. Этим он поил её раньше? На лекарство не похоже, и пахнет приятно. Несмотря на все заверения Питера, что питьё поможет, не очень хочется пробовать. Как вообще можно вспомнить место, где никогда раньше не была, тем более место, которого даже не существует?

Она медлит, принюхиваясь к чашке, а Питер смотрит на неё с растущим нетерпением.

Эмблема на боку чашки знакома – Королевский военно-морской флот. Папа как-то показывал ей корабли в гавани – на высоких мачтах гордо реяли красивые яркие паруса. Ну почему это она помнит, а собственное имя – нет?

– Пей. – Питер подталкивает её руку, и вот чашка уже на полпути к губам, а она даже не заметила, когда вообще взяла её у него.

Он надавливает на донышко, наклоняя чашку так, что остаётся только проглотить напиток или подавиться им. Питьё густое и сладкое.