Дочь Тора

Слепой гнев взорвался в мозгу Фаллона. Он бросился в сумасшедшем приступе к немцу. Оружие Хейзинга выпалило дважды и жгучее пламя задело американца. Он оказался у нациста раньше, чем тот смог выстрелить снова. Фаллон бросился с одними руками на немца, его кулаки слабо обрушились на лицо Хейзинга.

– Ты хилый дурак! – зарычал высокомерно нацист, защищаясь от бессильных ударов.

Ужасно красивое молодое лицо блондина Хейзинга ничего не выражало. Атлетически сложенный офицер обладал жесткой силой волка, и Фаллон знал это, поэтому атаковал быстро.

Это знание и яростное чувство ненависти сотрясало его тело для заключительного усилия. Он жестоко ударил обеими руками в подбородок Хейзинга. Когда нацист изо всех сил пытался сохранить равновесие, Фаллон отчаянно схватился за его пистолет. И заполучил его. Но прежде чем он мог воспользоваться им, Хейзинг схватил его сзади с криком ярости. Его кепка отлетела и растрепанные светлые волосы, а также искаженное, красивое лицо отсвечивались в спектральном блеске.

Руки Фаллона оказались свободными, и он неуклюже ударил противника рукояткой оружия. Пистолет попал по голове нациста, и тот упал в снег.

Фаллон вернулся к норвежцу, и когда он сделал так, то упал вперед на руки и колени. Он знал, что сознание покидает его, но пополз, вслепую перемещаясь через снег.

Но почему, над воплем и свистом ветров он все еще слышал гром приближающегося цокота копыт и орущего крика охотящегося животного? Почему неземная вспышка северного сияния, кажется, блещет по всему ущелью?

Хелверсон оказался на коленях в снегу, его массивное лицо дико пылало, когда он указал на край ущелья.

– Девы-валькирии! – зашелся он в хриплом крике против ветра. – Они прибывают!

Фаллон попробовал повернуться, чтобы посмотреть позади себя, но, казалось, теперь всё повернулось вокруг него. Его мозг отказался воспринимать то, что видели глаза.

Отряд наездников дико загрохотал по ущелью в стремительном движении.

Это и впрямь были валькирии, девы-воины из древних легенд, вооруженные и в нагрудниках, с бледными золотыми волосами, развевающимися из-под крылатых шлемов. Их серебряный крик перекрывал беснующийся ветер.

– Эй хо! Эй хо!

Посыльные Одина, те, которые забирают убитых, ехали быстро к нему среди ночи, ветра и пылающего Северного сияния!

Фаллон понимал, что это бред, когда те невероятные всадницы помчались на него.