Драгоценный дар

 – Тон его вдруг стал ледяным. – Я привез этого пса в приют для животных в тот день, когда умер Исаак. Дочь не захотела взять собаку к себе, и никто не захотел. Единственный человек, который любит этого пса, – это садовник Исаака, но Лайонел теперь снимает жилье, и он не может взять собаку к себе. Приют же переполнен животными. Клеппи жил там шесть положенных недель, и в приюте его больше не могут держать. Фред ждет. Инъекция не будет болезненной. Все произойдет очень быстро. Не раздумывай, Эбби. Отвези его, и я жду тебя в суде.

– Но…

– Сделай это! – Отвернувшись от нее, Рафф направился к эвакуаторам.

Он только что отдал Абигейл Каллахэн песика, и она выглядела совершенно растерянной.

Она выглядела очаровательной…

Но ему пора перестать думать о ней как об очаровательной женщине. Подростком Эбби, казалось, была его частью, но вот уже десять лет, как она смотрит на него с презрением. Из смешливой девочки, которой всегда была, она превратилась в женщину, которую он уже больше не любит.

Потому что он убил ее брата.

Странная кличка у собаки – Клеппи. Рафф не должен был называть его кличку.

Но все равно Эбби узнала бы ее. На собаке был голубой пластиковый ошейник – стандартный ошейник для всех собак в приюте, но кто-то прикрепил к ошейнику брелок с именем, видимо сняв его со старого ошейника, будто предоставив собачке право оставаться личностью до самого конца…

Клеппи.

Имя было написано от руки на обратной стороне круглой металлической пластины, похожей на медаль.

Это действительно была медаль. Эбби не могла отвести от нее глаз.

Старик Абрахам совершил нечто героическое на войне. Об этом ходили слухи, но у них не было подтверждения. И теперь она узнала, что это правда. Медаль чести висела на ошейнике грязного бездомного существа, называемого Клеппи.

Песик снова взглянул на нее. Его карие глаза были огромными.

Шесть недель в приюте для бездомных животных…

Эбби была там когда-то, со школьной экскурсией. Бетонные вольеры, с крошечным двором для выгула. Слишком много собак, с надеждой смотрящих на нее. Но эту надежду она не могла им дать…

«Эти люди делают великое дело, – вспомнила она слова своей учительницы. – Но они не могут спасти всех.