Дыхание смерти

Высокий лоб, как же! Отец Роджера был лысым уже в ту пору, когда Роджер в первый раз пригласил ее к себе домой, чтобы познакомить с родителями. Надо было серьезнее отнестись к внешности будущего свекра… «Если бы я тогда поняла, что Роджер тоже облысеет, как и его папаша, может быть, разорвала бы помолвку. А теперь… Посмотрите на него! У него даже пижама такая же, как у его отца: фланелевая, полосатая, стянутая шнуром на талии. И такие же вельветовые тапочки», – мстительно подумала Поппи.

– Хо-хо-хо! – воскликнул Роджер, вскидывая вверх руку и торжествующе грозя пальцем далекому пожару.

 – Что я говорил?

Жена поверх одеяла неприязненно посмотрела на мужа, торжествовавшего у своего наблюдательного пункта у окна. Посмотрите на него – сейчас запрыгает от радости! Вслух она сварливо заметила:

– Даже если дом подожгли сквоттеры, надеюсь, никто из них не попал в ловушку.

– Окон там уйма – выберутся, если захотят, – отмахнулся Роджер. – Вылезут так же, как и влезли. Ты ведь помнишь – там ни одно окно не забито как следует.

А замок на входной двери взломает даже ребенок. Ты вспомни, сколько писем я написал в местный совет насчет «Ключа»! Если хочешь, можешь их перечесть. Все копии я сохранил в папке «Переписка с муниципалитетом». «Ключ» – позор для всей округи, да-да! Кому он нужен? Всем на него наплевать. Хороший старый дом заброшен и постепенно разрушается… Говорил я тому молодому олуху из совета: надо связаться с нынешним владельцем и заставить его хоть что-нибудь сделать.

– Так ведь теперь владелец Джервас Краун, – глухо заметила его жена. – А он постоянно проживает в Португалии.

– Знаю! – рявкнул Роджер. – Плейбой несчастный! От такого ничего и не приходится ждать, кроме головной боли…

– Отец у него был настоящий красавец, – неосторожно вспомнила Поппи.

Услышав ее слова, Роджер круто развернулся от окна:

– Чей отец?

– Джерваса… Себастьян Краун.

– Ничего подобного. Мы с Себастьяном вместе ходили в школу. И вовсе он не был красавцем.

Ты, Поппи, несешь какую-то чушь. Не спорю, Себастьян был славный малый. – Да, он был славный малый, Себастьян. Правильный человек. Правда, ему не везло – ни с женой, ни с его никудышным сыном. Хорошо, что молодой Краун уехал отсюда, живет там себе не тужит.

– А знаешь, странно, – начала Поппи, – позавчера я… – Она замолчала, увидев, что муж снова повернулся к окну. Лучше не продолжать; Роджер наверняка снова обвинит ее в том, что она несет чушь.