Дюна: Дом Коррино

Осторожно ступая, словно по битому стеклу, все трое сошлись в центре маленького помещения. Обменявшись имперскими рукопожатиями, они неловко представились друг другу. Вновь прибывшие рассказали К’тэру, что произошло с Ромбуром.

К’тэру казалось, что он грезит, не в силах отличить, где кончаются его фантазии и начинается действительность.

– Была еще девушка. Кажется, ее звали Кайлея. Да, именно так. Кайлея Верниус.

Туфир и Гурни переглянулись, но решили, что темная кладовая – не место для подобных откровений.

– У нас мало времени, – сказал Гурни. – Нам надо осмотреться и понять, что мы можем сделать.

К’тэр всмотрелся в лица посланцев Атрейдеса, пытаясь решить, с чего начать. Его переполнила такая ярость, что он не удержался и принялся рассказывать гостям о том, что ему пришлось увидеть и пережить на оккупированном Иксе.

– Оставайтесь, и я покажу вам, что сделали тлейлаксы с Иксом.

Три человека незаметно смешались с толпой подневольных рабочих и двинулись мимо предприятий, пришедших за время оккупации в полную ветхость.

Для того чтобы проходить через контрольно-пропускные пункты зон безопасности, они использовали многочисленные, похищенные К’тэром, удостоверения личности. Одинокий повстанец научился быть незаметным, а угнетенные иксианцы не представляли опасности, так как редко поднимали глаза, предпочитая смотреть себе под ноги.

– Мы уже довольно давно знаем, что в этом деле замешан император, – сказал Туфир. – Но я не могу понять необходимости держать здесь два легиона сардаукаров.

– Я тоже все вижу, но до сих пор не знаю ответа на этот вопрос.

К’тэр указал на какое-то чудовищное нагромождение, установленное посередине погрузочной площадки, на машину со встроенными в нее частями человеческого тела – разбитой головой и покрытым синяками изуродованным торсом.

– Если принц Ромбур – киборг, то я молю Бога, чтобы он не был похож на те чудовища, которых здесь делают тлейлаксы.

Гурни был в ужасе и не скрывал этого.

– Что это за демон?

– Это биоиксианцы, жертвы пыток и казней, реанимированные тлейлаксами.

Они не живые, но способны двигаться. Тлейлаксы называют их «экземплярами» и используют для увеселения потерявшей разум черни.

Туфир, сохраняя полную бесстрастность, мысленно сортировал увиденное, а Гурни кипел гневом, с трудом сдерживая отвращение.

К’тэр выдавил мрачную улыбку.

– Я видел одну такую машину – останки человека, к спине которого был прикреплен распылитель краски.