Дюна: Дом Коррино

Гарон посадил свой орнитоптер прямо на кучу свежих трупов, и его солдаты высыпали из машины, стреляя во все, что двигалось. Безоружные посетители парка в страхе и растерянности бросились врассыпную.

В парке продолжали приземляться боевые машины, из которых выпрыгивали солдаты, устремлявшиеся к руинам гигантской статуи песчаного червя. Муляж был простым аттракционом, который возвышался над парком на добрую сотню метров, но под муляжом располагались длинные туннели, заполненные меланжей.

Посреди ужасающей бойни только один человек, старый учитель, осмелился приблизиться к солдатам, шагая сквозь дым мимо мертвых тел.

Лицо его было бледным, но суровым, как у классного руководителя, который хочет успокоить расшалившихся учеников. Зум Гарон узнал доцента Глакса Отна. Тот проходил у него на курсах первичную военную подготовку.

На плече Отна виднелось большое кровавое пятно, седые волосы на левой стороне головы слизнул огонь. Но старик, казалось, не испытывал боли – только ужасный гнев. Такое кровопролитие лишь ради того, чтобы убить Тироса! Доцент, который произнес много взволнованных речей за свою долгую жизнь, возвысил голос.

– Это бессовестно!

Верховный башар, одетый в безупречно чистую и выглаженную форму, в ответ криво усмехнулся. За его спиной к небу поднимались клубы дыма. Горящие тела извивались в ужасных корчах, а за плечами Отна с треском и протяжным грохотом продолжали рушиться конструкции увеселительного парка.

– Учитель, вы лучше других должны знать разницу между теорией и практикой.

По знаку Гарона один из его сардаукаров поразил доцента, прежде чем тот успел сделать следующий шаг. Башар перевел бесстрастный взгляд на разрушенного червя, чтобы наблюдать за операцией изъятия пряности. Окутанный клубами едкого дыма, он достал из кармана личный журнал и продиктовал донесение императору о ходе бойни.

Пропитанные дымом и вонью разрушения, группы сардаукаров загружали боевые машины контрабандной пряностью. Похожие на раздутых шмелей, орнитоптеры поднимались в небо и направлялись к ожидавшим их транспортным воздушным судам.

Император передаст конфискованную пряность ОСПЧТ и Космической Гильдии в качестве вознаграждения. Исполненный уверенности в своей правоте Шаддам объявит этот вандализм первым залпом «Великой меланжевой войны».

Верховный башар уже чувствовал, что наступают волнующие времена.

Ограниченный временем Гарон приказал своим солдатам грузиться в военно-транспортные корабли.