Евротрэш

Это касалось и виллы в Сен-Жан-Кап-Ферра, которую отец купил у Филипа Киннбота, но в не меньшей степени и шале в Гштаде, принадлежавшего до того Кариму Ага-хану; всё было тесно и неразрывно связано между собой: золотая посуда и многочисленные дома, коллекция немецких экспрессионистов и неаппетитные орудия мазохистских истязаний, экспедиция СС в Тибет и многолетняя деградация матери, цюрихские банки, консервативная немецкая пресса и офшоры в Панаме и на Джерси.

В общем, мне не хватало широкого контекста, объясняющего ситуацию моей семьи.

Ощущение было такое, что я десятилетиями живу бок о бок с чудовищными злодействами и просто не умею их распознать, что за моими подозрениями не кроется ничего, кроме новых подозрений, что я отравлен загрязнением морфического поля[7 - «…что я отравлен загрязнением морфического поля…» – термин, предложенный английским биологом Рупертом Шелдрейком (Rupert Sheldrake, род. 1942) и описывающий своего рода «память природы». Эти нематериальные, но при этом реально существующие «поля» способны, возникнув в одном месте, самопроизвольно воспроизводиться в другом, и тем самым должны объяснять повторяющиеся модели в природе. Ученое сообщество признало теории Шелдрейка псевдонаучными, зато они были с интересом подхвачены культурологами, фантастами, разработчиками сюжетных игр. «Память природы» превратилась в память культуры или общества, способную воздействовать на сознание и поведение индивида без его ведома. (Примечание переводчика).], чудовищной гнусностью, излучаемой прошлым. Что мне внушали, будто обстановка моего детства и юности была чем-то особенным, так или иначе выдающимся; на самом же деле она была проникнута не просто посредственностью и безотрадным мещанством – с этим я бы еще как-нибудь справился – но и злотворной пагубой.

Ах, если бы я мог почитать какую-нибудь хронику, книгу мировой памяти там или южноиндийские рукописи на пальмовых листах[8 - «Ах, если бы я мог почитать какую-нибудь хронику, книгу мировой памяти там или южноиндийские рукописи на пальмовых листах…» – представление о «мировой памяти», записанной в «Книге жизни», «Хрониках Акаши» и проч.

, распространены в разных эзотерических и антропософских учениях. Оно пользуется популярностью в фантастике и фэнтези, где также используется термин «акашическое поле» (в значении, близком к «морфическому полю» выше).Согласно популярной в эзотерике легенде, семь мудрецов записали на пальмовых листах судьбы всех людей на свете.