Жди меня на берегу

И в процессе возникает желание прикоснуться, сначала легонько, к плечу, колену, проскользнуть пальцами по руке, когда спускаетесь по лестнице или когда он держит в ладони что-то нужное тебе, например карандаш или точилку, потом это становится всё сильнее, невыносимее, и желание физической близости поглощает тебя на уровне инстинктов так, что ты даже рядом сидеть не можешь от возбуждения.

– Ну так и что тянуть? Ты хотела, он хотел, смысл вот этого всего? Вот вы железные, кончено, он так вообще кремень.

Анна не понимала всех этих сложностей, для неё это было чем-то лишним, если ты хочешь его, а он тебя, то зачем отказывать себе в удовольствиях? Она посмотрела на подругу, и поняла, что эти комментарии лучше держать при себе, и вскоре забыла, как и обо всём, чему в её жизни места нет.

– Я просто хотела, чтобы он сделал первый шаг, разве непонятно. Все хотят, чтобы мужчина сделал первый шаг. – Птичка хмурится и надевает очки с видом человека, которому нанесли смертельную обиду. Анна улыбается и обнимает подругу за плечи.

– Я могла сказать, что хочу его, сделать всё сама, но я так не хотела. Я в своей голове представляла, как он притянет меня, поцелует и я, как Бастилия, которой суждено было пасть, сдамся без боя. А он не делал ничего, даже говорил, что сам ничего делать не будет. В итоге, я первая его поцеловала, в подъезде. Иногда мне кажется, что этого не было, что это какой-то сон, который ускользает, как только проснешься.

– И долго вы играли в эту игру? Я бы так не смогла, мне такое тяжело и непонятно.

Зачем тратить время, когда можно получить удовольствие.

Птичка задумалась, она не особо хотела говорить, что он был в отношениях, не хотела лишний раз акцентировать внимание на этом, думала, подруга её осудит, тем более, она сама себя осуждала за это столько раз, что уже и не счесть. Иногда ей казалось – это карма отыгрывается за всё, что она сделала по отношению к той, другой. Хотя, в сущности, она не сделала ничего, скорее наоборот, пыталась выстроить дистанцию, держаться подальше, но как только он это чувствовал, сразу же возвращал всё в прежнее русло с ещё большим рвением.

Она поняла это только здесь, когда смогла трезво оценить, проанализировать всё, что произошло с ними. Нет, на ней тоже была вина, но нельзя брать всю ответственность на себя, виноваты были оба.

– Ой, так мы играли больше года, то сближались, то отдалялись. Всё просто, он жил с другой очень долго уже, лет десять точно.