Железное пламя

Не тогда, когда я была уверена, что ответ на вопрос о защите Аретии и мирных жителей Поромиэля находился прямо здесь, в Басгиате. Может, в рядах революции и не числился писец, но у революции была я. И если был хоть малейший шанс, что мы сможем выиграть эту войну без оружия, которое еще не создали или не нашли, то я им воспользуюсь. Или хотя бы изучу эту возможность.

Только писцы имели право пройти за длинный дубовый стол у входа, поэтому я остановилась рядом и провела рукой по знакомому спилу. Я ожидала дежурного, водя пальцами по знакомой текстуре и шрамам на дереве.

Боги, как же я скучала по этому месту. Я скучала по тому, чем, как мне тогда казалось, станет моя жизнь. Какой она станет. Простой. Тихой. Благородной. Но я не скучала по той девушке, которой я была, той, которая не знала своих сил. По той, которая верила всему, что читала, с непоколебимой уверенностью, как будто простой акт написания чего-то на чистом листе делал это откровением.

Вскоре из-за стеллажа показалась невысокая фигура в кремовых штанах и тунике с капюшоном, и впервые в жизни я занервничала при виде Есинии.

«Кадет Сорренгейл», – показала она знаками, чуть приподняв уголки губ и откинув капюшон. Ее волосы теперь были длиннее, каштановая коса доходила почти до пояса.

«Кадет Нейлварт, – ответила я, улыбаясь при виде подруги. – Мы, должно быть, здесь одни, раз меня так восторженно приветствуют».

Писцам категорически не рекомендовалось проявлять эмоции.

«Да, – махнула рукой Есиния и мельком взглянула мне за спину. – Ну, кроме Наси».

«Он спит, – заверила я. – Чем ты там занимаешься?»

«Чиню переплеты, – ответила она. – Почти все ушли готовиться к завтрашнему приезду новых курсантов. Тихие дни, мои любимые».

«Я помню».

Раньше мы почти каждый тихий день проводили за этим столом, готовясь к экзамену или помогая Маркему… или моему отцу.

«Я слышала о… – Лицо Есинии побледнело. – Мне очень жаль. Он всегда был очень добр ко мне».

«Спасибо. Мне его очень не хватает».

Я сжала кулаки и помолчала. То, что я скажу дальше, либо приблизит нас к истине… либо убьет меня.

«В чем дело?» – спросила Есиния, прикусив губу.

Она была первая среди кадетов своего курса. Это значило, что она, вероятно, пыталась получить степень адепта, высшую у писцов. Каждый куратор квадранта должен иметь степень адепта.