Железное пламя

Тем временем Даин все еще что-то говорил. Он отчаянно пытался заработать авторитет, но у него ничего не получалось. Он же не Ксейден.

«Что ты знаешь об оранжевом майора Варриша? Он выглядит… нестабильным». И голодным.

«Солас там?» Голос Тэйрна стал резче.

«Солас – это одноглазый оранжевый кинжалохвост?»

«Да. – Похоже, он был не рад этому. – Не своди с него глаз».

Странно, но допустим. Я смотрела на Соласа, а тот пристально наблюдал за курсантами единственным здоровым глазом.

– Треть из вас будет мертва к июлю следующего года.

Если вы хотите носить черный мундир, то заслужите это! – кричал Даин, и его голос становился громче с каждым словом. – Вам придется работать для этого каждый день!

Кэт вонзил красные когти в каменную кладку, наклонился над головой Даина, в то время как мечевидный хвост у него за спиной извивался, словно змея, и обдал толпу горячим дыханием, от которого у меня свело желудок. Та-а-ак. Кажется, Даину надо проверить зубы у Кэт. Должно быть, там застряла кость с клочками разлагающегося мяса или еще что-то мерзкое.

Во дворе раздались крики: первокурсник справа – из секции Хвоста – покинул строй и устремился к парапету, протискиваясь между другими курсантами.

Нет, нет, нет.

– У нас тут беглец, – пробормотал Ридок.

– Проклятье.

У меня замерло сердце, когда двое других новобранцев из Третьего крыла тоже поддались панике и бросились к выходу на парапет, дико размахивая руками. Ничем хорошим это не кончится.

– Похоже, это заразно, – добавила Квинн, когда они пронеслись мимо.

– Блядь, они действительно думают, что у них получится? – Имоджен вздохнула, опустив плечи.

Трое беглецов едва не столкнулись возле проема в стене внутреннего двора, за которым находился парапет.

«Следите за Соласом!» – закричал Тэйрн.

Я посмотрела на оранжевого дракона Варриша, и вовремя: тот сузил единственный глаз до щели и повернул голову, одновременно сделав гулкий, рокочущий вдох. Мое сердце бухнуло в груди, я оглянулась через плечо и увидела, что беглецы уже приближаются к парапету.

В прошлом году драконы не позволили им зайти так далеко…

Солас играл с ними, но под таким углом…

Вот дерьмо!

Одноглазый вытянул шею, опустил голову ужасающе низко и, раскрыв пасть, выгнул язык. В драконьем горле забился огонь…

– Ложись! – закричала я, бросилась к Слоун, сшибла ее с ног и прижала к земле, закрыв своим телом, насколько это было возможно.

И в тот же миг у нас над головами полыхнуло жаркое пламя.