Женские слабости

Она села не на парчовый диван, а на роскошное кресло с позолоченными подлокотниками. Прямо перед ним.

Солнечный свет падал через высокое окно, заставляя светиться ее кожу и волосы.

– На вечере на вас были изумруды Люси, – сказал Дэвид со значением.

На ее щеках выступили два бледно-розовых пятна.

– Что в этом такого? Вы слишком скоры на обвинения. Маркус хотел, чтобы я их надела. Можно сказать, настаивал. Он спросил, какого цвета у меня платье. Когда я сказала, что изумрудно-зеленое, он предложил мне ювелирный набор, который, как он сказал, слишком долго лежал взаперти.

Уверяю вас, драгоценности уже в сейфе.

Было слишком трудно устоять и не спросить:

– Вы знаете комбинацию шифра?

– А вы?

– Я мог бы открыть его с завязанными глазами. Поверьте, я не хотел вас обидеть, Соня.

– Вы не могли сделать эту работу лучше, – сказала она с холодной иронией.

Да, гордая штучка… Спина прямая, длинные ноги аккуратно перекрещены.

Черт возьми, держится так, что хоть уроки бери!

– Кстати, и платье ваше тоже прелестно.

Это Маркус вам его купил?

– Ах, наконец-то прямой вопрос! – воскликнула она, задрав точеный носик. – Я надела его, потому что ничего лучшего у меня не было. И купить я тоже ничего не могла. Этому платью уже не один десяток лет.

Он молча изучал ее. Похоже, она говорила правду…

– Правда, это платье от кутюрье, – добавила она.

– Так оно и выглядит.

Она пожала плечами:

– Но вы сюда не затем пришли, чтобы обсуждать мое вечернее платье? – Соня помнила, что еще ее мать носила его.

Но это было другое место, другой мир, другое время. Время, когда она была счастлива…

– Я пришел сюда, чтобы встретиться с моим дядей. Я забочусь и беспокоюсь о нем. Вы должны понимать это.

Ее улыбка стала насмешливой.

– Да оставьте! У вас нет никакого права вмешиваться в его жизнь. Маркус взрослый человек.

– Моя основная забота, Соня, чтобы это не принесло ему боли. Маркус в своем роде очень наивный человек, и здоровье у него не очень крепкое… Несколько лет мы боялись, что он может просто умереть от разрыва сердца.

Вот как он был предан своей жене!

Она смахнула платиновый локон со своей порозовевшей щеки:

– Я его понимаю. Маркус рассказывал мне о Люси.

– Правда?

– Неужели вы ни разу не встречали человека, который бы вам напоминал кого-нибудь? – В ее глазах мелькнул злой огонек.

– Вы не сможете занять место Люси, – сказал он. – Вам никто не позволит. Вы просто не знаете, на что замахнулись.