Женщина для чемпиона

Расческа безнадежно запуталась в густых локонах на затылке. Келси совершенно забыла о ней и тихо ахнула, когда он потянул за гребень. Джек надеялся рассмешить девушку, но вместо этого она смутилась и густо покраснела. Он распутывал пряди, стараясь не причинить боли. Пальцы ласкали плотные завитки очень светлых кудрей, свежо пахнущих цветами. Аромат кружил голову.

Эта странная перепуганная девица возбуждала его так, как давно не возбуждала ни одна женщина. Вообще-то Джек не был сексуально озабочен и умел держать себя в руках, просто операция на колене на время лишила его возможности отводить душу как на снежном склоне, так и в постели.

Возможно, долгое воздержание обострило восприимчивость к женским чарам. Ведь обычно дюймовочки не привлекали Джека, он предпочитал статных женщин. Джек не любил также чрезмерной эмоциональности. Стиль его жизни не допускал серьезных отношений, он не был готов повесить на себя зависимое существо, которое ежеминутно нуждалось бы в душевном тепле и внимании. Но его тронуло сочувствие маленькой женщины. Он не остался равнодушен к слезам, которые она едва сдерживала, к дрожащим губам… В отличие от волос и глаз губы Келси были совершенно натурального цвета – нежно-розовые, без следа губной помады или блеска. Нежные, пухлые, они приглашали к поцелуям.

Правда, эротические мечты уже унесли Джека значительно дальше поцелуев. Он представлял, как сжимает в объятиях гибкое тело, спрятанное под длинным платьем траурного черного цвета. Джеку предстояло еще долго обходиться без секса, до конца реабилитации оставалось не менее месяца.

Он решил, что это единственная причина размечтаться о женщине, столь же неподходящей ему в качестве партнера, как золотая рыбка – пиранье.

На освобождение расчески из плена спутанных волос Келси ушло довольно много времени, но Джек не возражал. Он обнаружил, что получает мазохистское удовольствие от случайных осторожных прикосновений, не имея возможности трогать ее так, как ему хотелось. От сексуального голода сводило зубы. Джек не мог поверить, что его так влечет к растерянной крохе совершенно не в его вкусе.

Он привык к женскому вниманию, льстившему его самолюбию, любил получать и доставлять удовольствие. Ему были хорошо известны признаки заинтересованности, которые он по желанию замечал или игнорировал. Когда болезненная пульсация в колене затихла, Джек понял, что не сможет удержаться от соблазна. Возможно, это будет ошибкой, но риск, неизвестность и вызовы судьбы всегда привлекали его.