Женщина с дурной репутацией

Но только не этот человек…

Джульетта открыла глаза и взглянула на труп Мичелотто Ландуччи, аристократа Светлейшей республики[1 - Светлейшая республика – эпитет Венеции. Соответствующее итальянское слово Serenissima можно перевести как светлейшая, сиятельная, самая ясная и безмятежная. (Здесь и далее примеч. пер.)], высокопоставленного члена Церемониального совета. Роскошный парчовый халат расстегнулся, обнажив большой волосатый живот, дряблый посиневший член. Брезгливо фыркнув, она взяла за край шелковую простыню и набросила ее на труп, скрыв его из вида.

Позади нее послышался тихий, боязливый плач, сдавленный вздох. Джульетта задышала глубже, чтобы успокоиться, однако зловоние, исходящее от покойника, стало невыносимым. Оно проникало в нос, впитывалось в волосы и плащ. Плотнее укутавшись в черный бархат, Джульетта обернулась и увидела женщину в тени роскошной спальни. Козима Ландуччи, жена – уже вдова – мужчины, лежавшего под простыней, в отличие от своего мужа, была полностью одета.

Замысловатое платье из расшитого золотом голубого шелка, густые темно-рыжие волосы, ниспадающие на плечи. Ее белый гладкий лоб подчеркивал, насколько она моложе мужа. Еще совсем ребенок.

Так-так. Кто бы мог подумать, что робкая малышка Козима способна на это. Человек непредсказуем.

Человек – вечная загадка.

– Синьора, что здесь произошло? – спросила Джульетта как можно ласковее.

Она знала эту девушку. Козима вот уже два года числилась постоянной клиенткой ее парфюмерной лавки.

Каждую неделю она приходила за своими любимыми духами, в которых сочетались ароматы жасмина и лилии, и без умолку болтала с Джульеттой, будто у нее, кроме парфюмера, во всем мире больше не было друзей. Джульетта с удовольствием слушала и жалела эту девочку, которая казалась такой потерянной и несчастной, несмотря на роскошные платья и ослепительные драгоценности. Она напоминала Джульетту в юности, когда все ее мечты о браке и семье разбились о суровую действительность.

Однако подобное даже представить было невозможно.

– Ну, синьора? – Джульетта торопила девушку, непрестанно хлюпавшую носом.

Козима трясущимися руками прижала к лицу кружевной носовой платок.

– Синьора Бассано, я… я не знаю, что случилось!

– Вас здесь не было? Вы пришли и обнаружили, что муж мертв? – Джульетта многозначительно взглянула на роскошный турецкий ковер, где валялись изящные тапочки и усыпанный драгоценностями головной убор.