Жены и дочери

) На обратном пути я увидел мисс Гибсон – она сидела на террасе и плакала так, точно у нее вот-вот сердце разорвется. Ее отец собирается снова жениться.

– Снова жениться! Да что ты говоришь!

– Да, собирается. Она очень огорчена, бедная девочка. Мама, ты бы послала кого-нибудь отнести ей бокал вина или чашку чая – что-нибудь подкрепляющее: она была чуть не в обмороке…

– Я сама схожу к ней. Бедняжка, – сказала миссис Хэмли, поднимаясь.

– Ни в коем случае, – возразил он, опуская ладонь на ее руку. – Мы и так заставили тебя слишком долго ждать, ты очень бледна.

Хэммонд отнесет, – добавил он и позвонил.

Она снова опустилась на стул, все еще бесконечно изумленная:

– На ком он собирается жениться?

– Не знаю. Я не спрашивал, а сама она не сказала.

– Вы, мужчины, всегда так! Да ведь половина дела заключается в том, кто она такая – женщина, на которой он собирается жениться.

– Наверно, надо было спросить. Но я как-то теряюсь в таких случаях. Мне было очень жаль ее, и все же я не знал, что говорить.

– И что же ты сказал?

– Я дал ей наилучший совет, какой мог.

– Совет! Ты должен был утешить ее. Бедная маленькая Молли!

– По-моему, если совет хорош – это лучшее утешение.

– Зависит от того, что ты подразумеваешь под советом. Тише! Она идет.

К их удивлению, Молли вошла, всеми силами стараясь держаться как обычно. Она успела промыть холодной водой глаза, причесать волосы и теперь делала все возможное, чтобы сдержать слезы и не позволить голосу дрожать и прерываться.

Она не желала огорчать миссис Хэмли видом страдания и боли. Не осознавая, что следует совету Роджера – думать более о других, чем о себе, – она, однако, именно так и поступала. Миссис Хэмли не знала, разумно ли с ее стороны начинать с новости, только что услышанной от сына, но сама была так поражена ею, что не могла говорить ни о чем другом.

– Я слышала, твой отец собирается жениться, моя дорогая? Можно узнать – на ком?

– На миссис Киркпатрик. Она, кажется, прежде была гувернанткой в доме графини Камнор.

Она часто приезжает к ним; у них в доме ее называют Клэр и, по-моему, очень любят.

Молли пыталась говорить о будущей мачехе в возможно более благоприятной манере.

– Кажется, я о ней слышала. Так она, значит, не очень молода? Ну, этому так и следует быть. И вдовствует, как и твой отец. У нее есть какая-нибудь семья?

– По-моему, дочь. Но я так мало о ней знаю!

Молли опять была очень близка к слезам.

– Не беда, дорогая.