Жизнь в подарок

Что это было? Просьба? Приказ? Он не знал. Знал только, что не хочет, чтобы она ушла.

Эдди, похоже, тоже удивилась. Губы ее приоткрылись, но она ничего не сказала. Она как будто обдумывала свой ответ.

– Вы еще не закончили экскурсию? – наконец спросила она.

Ник кивнул:

– Вы не видели башню. Я переделываю лестницу, ведущую к парапету, перестраиваю башню и бойницы. Оттуда открывается потрясающий вид. Вы обязательно должны посмотреть. Хотя у вас не очень подходящий для этого наряд.

Она все еще была без туфель.

– Я рискну, – быстро сказала она.

– Я бы отнес вас на руках, но проход слишком узкий.

– Ничего. Я сама.

– Камни слишком жесткие. Подождите, я дам вам что-нибудь на ноги надеть. – Он прошел в свою комнату и принес оттуда шлепанцы. – Они будут вам велики, но это лучше, чем ничего.

Он присел, чтобы помочь ей их надеть, и тут же понял, что для этого ей придется сначала снять чулки.

Повисла минутная пауза. Эдди поджала пальцы ног, потом медленно их распрямила. У Ника вдруг пересохло во рту.

– Давайте я вам помогу, – предложил он и посмотрел ей в лицо.

Ее лицо было в тени, так что трудно было определить его выражение. Но он заметил, как она языком коснулась губ. Потом прикусила губу и застыла.

Он принял это за согласие.

Он неторопливо скользнул ей под платье, чтобы нащупать верх чулок или колготок. Это было чертовски эротично. Чулки у нее, похоже, были шелковые, гладкие и теплые. Он медленно и осторожно провел руками вверх по ее лодыжкам, коленям, бедрам.

И вдруг она сжала ему голову, запустив пальцы в волосы. Он резко втянул воздух.

– И-извините, – пробормотала она.

Она разжала пальцы, потом, когда его руки скользнули еще выше по ее ногам, снова их сжала, да так, что у него по спине прошла дрожь.

Но это было ничто по сравнению с тем острым желанием, которое нахлынуло на него волной, когда шелк превратился в кружево, а за кружевом он ощутил под рукой ее теплую кожу.

Ник глубоко вдохнул и постарался дышать ровно. Он запустил пальцы под чулок и стянул его вниз, а потом снял. Затем провел по второй ноге. Теперь, когда он знал, какова ее кожа на ощупь, ему еще труднее было изображать безразличие.

И когда он поднимется – если он вообще подняться сможет, – она тоже увидит, что очень активно его интересует.

Поэтому он медленно помог ей надеть шлепанцы, потом начал сворачивать ее чулки.

– Я сама.