Жуткое утешение

За облачком пара я увидел чье-то разгневанное лицо.

Мое собственное.

Я едва заметил, как телохранители оторвали меня от тора. Мое тело вспыхнуло в тех местах, где к нему прикоснулись их перчатки с нитями меди, но боли я не почувствовал. Баск все еще корчился, лежа на полу, и с каждым шагом, который отделял меня от него, я ощущал, как жизнь утекает из меня. Мои руки дергались одновременно с его движениями, повторяли их.

– Уберите его отсюда. Уберите! – завопил он.

Его горячее дыхание вырывалось из моего рта.

Не знаю, какая магия связала нас, но эту связь разорвала хлопнувшая дверь. Меня сбросили с лестницы, и я приземлился рядом с двумя призраками, которые несли ведро с грязной водой. От удивления они пролили ее, намочив мою сорочку.

Я позволил охранникам оттащить меня в гардероб. Если честно, я был слишком потрясен, чтобы как-то им противостоять, и поэтому не сопротивлялся, когда они втолкнули меня в темноту и заперли дверь. Я стоял, раскрыв рот; мои глаза были открыты, но я ничего не видел.

Меня кто-то окликнул. Возможно, этот голос уже давно звал меня, но сейчас я впервые его услышал.

– Я говорю: Келтро, у тебя все хорошо?

Проклятый меч.

– Что произошло? – спросил он.

– Я…

Я умолк, поняв, что ответить мне нечего. Мои собственные умозаключения по-прежнему казались слишком нелепыми, невероятными, и все же…

– Они причинили тебе боль? Баск однажды показал мне кузницу и опустил меня в огонь…

Мысль о том, что сейчас я услышу новые истории, переполнила чашу моего терпения.

– Заткнись. Хоть на секунду заткнись.

И даже сейчас меч не мог допустить, чтобы последнее слово осталось за кем-то другим.

– Ну и ну!

– Послушай… ты. – Я вдруг понял, что, слушая его болтовню, я так и не узнал его имя. – Как тебя вообще зовут?

– У меня много имен – Черная Смерть, Абсия, Йер-а Анкоу. Когда-то меня называли Костеруб…

Я нетерпеливо замахал руками.

– Неважно. Пока не выберешь одно из них, буду звать тебя «Острый».

– Острый?

– Ты же мертвопорабощенный, верно? Тебя поместили в безжизненный, неодушевленный предмет.

– Об этом можно и не напоминать, но да, я – душа-клинок.

– Ты хоть раз слышал про призрака, тень, которых связали с кем-то живым?

– Да, были животные – лошади, соколы, собаки. Это называется «чужеродное порабощение», помнишь?

– Да, я знаю. Но я не про животных, а про людей, живых людей.

Острый задумался.