Жуткое утешение

– По делу? По делу? – зашумели остальные, ухмыляясь, словно нищие, которые случайно забрели в пустой зал, где столы накрыты для пиршества.

Нилит видела, как они оценивают ее одежду, лошадь и Фаразара, который стоял как можно дальше от них, рядом со своим телом.

– Нет, просто идем мимо, – ответил Гираб за всех. – И мы опаздываем, так что…

Алый человек оторвал руки от усов.

– Вы не желаете торговать? Продать что-нибудь?

Нилит скрестила руки на груди: в Крассе этот жест означал твердое «нет». В Араксе торговцы, увидев его, просто удваивали усилия.

– Нет, спасибо.

– Может, лошадиное мясо?

– Нет.

Стоявшие на берегу люди приосанились. Алый человек спустился на несколько ступенек, чтобы встать на край причала.

– В таком случае вы должны заплатить пошлину.

Гираб резко повернулся.

– Пошлину? Какую еще пошлину?

– Пошлину. – Казалось, необходимость повторять свои слова причиняет человеку физическую боль.

– Сперва вы построили ворота и начали записывать имена, а теперь еще и пошлину взимаете? – Лодочник поставил ногу на фальшборт и упер руки в боки.

 – На этой реке никогда не брали и не будут брать пошлин. Вы прекрасно это знаете. За сто лет тут никогда такого не бывало!

Алый захихикал.

– Господин, времена меняются. Консорциум решил брать деньги с тех, кто проходит через Кел-Дуат. Нельзя допускать, чтобы такие, как вы, мешали нам работать.

– Кто? – подала голос Нилит.

– Консорциум! Ты что, не слышала про нас, деревенщина? Стыдись. Мы управляем этой шахтой уже сто лет – и не только ею, но и бесчисленным множеством других предприятий.

Да будет тебе известно, что из добытого нами камня построена половина Аракса. – Алый прервал свой монолог и, надув губы, задумчиво посмотрел на призрака. – Он продается? – спросил он у Нилит. – Его лицо мне знакомо…

– Ни в коем случае, – хором сказали Нилит и Фаразар.

Она с трудом удержалась, чтобы не посмотреть на Фаразара, и безмолвно поблагодарила его за то, что он решил прикусить язык.

Алый всплеснул руками.

– Жаль! Мы любим болтливых призраков, верно? – Он снова хихикнул, и на этот раз вместе с ним захохотали его дружки. – Значит, платите пошлину!

– Что за пошлина? – прорычал Гираб.

– Серебро или самоцветы.

– У нас нет ни того ни другого. Нас ограбили разбойники.

Алый улыбнулся.

– Значит, призрак и лошадь все-таки продаются?

Нилит заменила Гираба у края баржи, и он вернулся к рулю. Закипая от ярости, она воткнула свой трезубец в доски палубы.