Забытая Реальность

Он взял её на руки, и они тут же оказались в комнате.

– Вот, вот! – обрадовалась Ифе. – Ты тоже так можешь!

– Да, могу, но я взрослый, а тебе надо немного подрасти. Обычно, перемещаться позволяют детям после четырнадцати лет.

– Ого! – расстроилась дочка. – Не хочу так долго ждать.

Озас улыбнулся.

– Это совсем не много, поверь, просто ты маленькая и тебе так кажется.

– Не хочу быть маленькой, это так скучно! Хочу, как ты всё знать и уметь! – заявила Ифе.

– Но ты уже начала посещать занятия, значит, скоро будешь знать значительно больше.

Кстати, тебе дали сегодня задание?

– Да, – нехотя отвечала девочка.

– Ты сделала?

– Мы только собирались, – ответила за неё Алоли.

– Так иди, сделаешь, позовёшь, я проверю, – велел дочке Озас.

– Хорошо, – легко согласилась Ифе, в её глазах мелькнул озорной огонёк, и она тут же исчезла из комнаты.

Озас бросился в её комнату. Девочка сидела за столом, рассматривая что-то. Он облегчённо вздохнул и вернулся к Алоли.

– Не понимаю, почему ты так беспокоишься по поводу способностей Ифе? – она удивлённо смотрела на него, – Ведь это так естественно для детей.

– Сам не понимаю, – улыбнулся Озас, – вначале реагирую, только потом думаю. Но согласись, Ифе ещё слишком мала для таких путешествий.

– Не соглашусь, она разумная девочка, и взрослая не по годам. С ней надо просто договориться.

– О чём? – не понял Озас.

– Для начала о том, чтобы она перемещалась только из комнаты в комнату. Если ей захочется предпринять путешествие в более отдалённые места, пусть делает это вместе с тобой, пока не подрастёт, тем более ты можешь многому научить её, а Ифе девочка любознательная.

Запрещать бесполезно. Понимаю, тебе сложно вспомнить своё детство, давно это было, но постарайся, девочка ведь в тебя. Тогда будет проще понять её.

– Спасибо, Алоли. Я так привык, что всё всегда знаю… Быть отцом совершенно новый опыт для меня и я теряюсь, поскольку совершенно не искушён в воспитании детей.

– Это нормально, это просто отцовская любовь, которая заставляет тебя беспокоиться больше, чем необходимо, – ласково глядя на Озаса, говорила Алоли.

 – Когда подрастал Семни, – вспомнила она сына Кити, – хоть он и не был мне родной, я полюбила его материнской любовью и пережила всё то, что сейчас переживаешь ты.

– Серьёзно? Все родители переживают это? – искренне удивился Озас.

– Конечно, – подтвердила Алоли.

– А муанцы, как думаешь, так же сильно?

– Уверена, так же.