Забытая Реальность

Из провинций стали поступать сообщения: муанцы отказываются покидать свой континент. Бессмертные были в недоумении и тут же отправились в свои провинции.

Озас и Ифе переместились вначале в свой дом, им тоже хотелось проститься с местом, где они прожили так долго. Пока они занимались обустройством Нового города, то не задумались о расставании с Лемудоциорой. Для Ифе это дом, в котором она прожила всю свою жизнь, здесь всё такое родное, столько всего пережито, столько счастливых воспоминаний, стало грустно. Пройдя по дому, они взяли с собой некоторые особенно дорогие им вещи… Что ж, их воспоминания всегда будут с ними.

Бросив последний взгляд на свой дом, они отправились к Кафире, который осуществлял управление этой провинцией. Поздоровавшись, Озас сразу спросил о главном.

– Что происходит? Возможно, люди не понимают, какая им грозит опасность? Вы, разъясняли?

– Конечно.

– И что?

– Бесполезно, они любят свою страну, свои дома и не хотят покидать их.

– Даже, если им грозит смерть?

– Да, даже в этом случае.

– Чем же они мотивируют своё поведение? Ведь Жизнь это дар Единого! Пусть они решили свою судьбу, но у них есть дети, их продолжение, – недоумевал Озас.

– Они говорят, Единый, если пожелает, спасёт их. А если Он хочет забрать их в Вечность, кто они такие, чтобы спорить с Ним?

Озас растерянно посмотрел на Ифе, давно в его жизни не случались безвыходные ситуации. Что он мог возразить муанцам? Они поступали согласно тому, чему учили их алудоциорцы все эти тысячелетия. В чём же они ошиблись? Только думать об этом было некогда.

Они с Ифе отправились к тем, кого знали ближе всего, надеясь уговорить этих людей покинуть континент. Их приветливо встречали, но убедить лемудоциорцев изменить своё решение не удавалось. Тогда Ифе обратилась к родителям.

– Хорошо, вы сделали свой выбор, мы его уважаем. А как же ваши дети? Вы ведь всё решили за них, позвольте и им решить свою судьбу.

Теперь взрослое население оказалось озадачено, оставлять детей без присмотра явно не входило в их планы.

Они уважали Озаса и не могли не прислушаться к его мнению. Пришлось спрашивать у детей, многие дети к разочарованию Озаса и Ифе не хотели оставлять родителей, другие всё же сомневались. Появилась надежда спасти хотя бы кого-нибудь. Вдохновившись надеждой Озас, Ифе и ещё несколько человек присоединившихся к ним, продолжили убеждать муанцев отпустить детей, как только получали согласие, перемещали их на побережье. Корабли медленно, но наполнялись.