Завеса Звездной пыли и Жестокости

Я заставил себя закрыть глаза, выполнить ее приказ, пока она неуклюже возилась с оставшимися шнурками, державшими мои штаны, а моя голова по-прежнему шла кругом от всех мыслей, занимавших меня на протяжении последних недель. Каким будет наш следующий шаг? Где нападут отродья? Стоит ли вообще оставаться в Аварате и бороться дальше?

И потом: если не останемся здесь, то куда пойдем?

– Ты не расслабляешься, – опять попробовала промурлыкать Лиллиоп, но вышло как-то слишком резко.

 – Просто… Просто подумай о чем-то менее ужасном. Необязательно обо мне. Подумай, не знаю, что вам, благородным принцам, нравится. Мечи? Кинжалы? Дуэли?

Она коротко удовлетворенно вздохнула:

– Неважно. Сейчас я хочу увидеть, как ты не пытаешься расслабиться.

Она наконец развязала последние шнурки. Запустив руку под штаны, она вытащила из них член, все еще впечатляющий размером, несмотря на то, что тот едва был приподнят. Как бы сильно мой разум ни отказывался успокоиться, благодаря этой фейри, которая нежными, точными движениями поглаживала пенис по всей длине, мои мысли перестали утяжелять рассудок.

Вскоре под ее отточенными прикосновениями я наконец почувствовал, как напряжение покидает плечи.

Я слегка откинулся на кровати и снова закрыл глаза, стараясь сосредоточиться на ощущениях в отвердевающем члене вместо всего прочего. Вместо войны. Вместо монстров. Вместо…

– Делфина…

Черт.

Имя слетело с губ прежде, чем я осознал, что оно пришло на ум.

Я распахнул глаза, взглянул на фейри, которая так сильно отличалась от той, что проскользнула в мои фантазии, и в следующую секунду она уже сползала с меня.

Она не взглянула на меня, когда я сел, руками потянувшись к завязкам на талии.

– Мне жаль, Лилли…

– В этом нет нужды, – сказала она, отмахнувшись, и еще избегала смотреть мне в глаза. – Я знала, что есть какая-то причина, по которой ты не посылаешь за мной.

Сейчас хотя бы знаю, какая она – эта причина.

– Лилли…

Она ушла, не став выслушивать мои отговорки; возможно, оно и к лучшему… Потому что у меня их не было.

Она права.

Как бы мне ни претило признавать, но, похоже, я с самого начала это знал. Не война занимала мои мысли все эти недели. А сбежавшая пленница.

Между нами, мной и Лиллиоп, никогда не было романтики, скорее, случилось взаимовыгодное соглашение.